ТСБ уже было не до забастовок: во власти начался очередной переворот, а потому тайная полиция носилась по Верхнему ярусу, пытаясь взять ситуацию под контроль. В порту нарастал хаос, а соглядатаев теперь часто находили в укромных закоулках с сидящими в горле ножами. Пашка и дядя Захар окончательно освоились в борьбе, но если Пашка исполнял тайные дела порученные Искрой, то дядя Захар вдруг нашел себя как оратора и теперь открыто выступал перед рабочими. Стоя рядом с Искрой, он призывал во что бы то ни стало помешать кораблю покинуть порт и мощным пролетарским ударом заставить подавиться хлебом с профитролью и местных буржуев, и их коллег по рабовладельческому бизнесу.
V
Вечер в гараже шел своим чередом. Отец уже поел и спокойно заснул. Пашка сидел в кухонном закутке с дядей Захаром и Ниной, его женой, веселой, всегда оптимистичной продавщицей игрушек. На столе дымил дрянной ромашковый чай, чуть горящая ради экономии керосинка едва освещала лица. Заканчивался ужин.
– Мы до последнего будем бороться. Нас не сломают, – дядя Захар сжал тяжелый кулак. – Костьми ляжем, а не дадим выйти этому сухогрузу из порта. Пусть они сколько хотят угрожают. Там в Краснознаменном такие же люди как мы, а потому мы их как себя защищать и будем. Верно я говорю?
В дверь гаража постучали. Затем еще раз и еще.
Дядя Захар напрягся, положив руку на железную кочергу. Пашка шагнул к двери, с облегчением услышав голос одного из соседей по гаражам. Скинув железный засов, он открыл дверь.
Белый от страха сосед стоял без движения. В бок ему упирался масляно блестящий ствол пистолета.
Закрыть дверь парень уже не успел. В живот с силой ткнулся ствол Калашникова.
– Выходь, пацан. Мы не к тебе, – синяя от татуировок лапа, сгребла его за шиворот и вытащила наружу.
У гаража стояло двое Жигулей. Опирающиеся на капот люди в кожанках смотрели на него с явным интересом. Мелькали знакомые лица: многих братков Пашка видел среди охраны порта.
Четверо бандитов зашли в гараж, вышвырнув из него отца Пашки. Четверо остались на улице, велев им сидеть тихо, они присматривали за тем, чтобы соседи не покидали дома.
Дверь с металлическим лязгом захлопнулась. Послышались возгласы, удары, глухое мычание дяди Захара, которому, похоже, заткнули рот, а затем треск рвущейся одежды и крики его жены. Пашка бросился было к дверям, но его быстро остановили, дав пару раз рукоятью пистолета по голове. Лежа на мокрой земле, парень все слышал и слышал удары кулаков, отчаянное мычание дядя Захара, крики его жены и довольные комментарии братков. Все это длилось долго, мучительно долго, повторяясь и повторяясь, словно на пластинке, только удары кулаков становились все глуше, а женщина в конце находила силы только на стон.
Железо заскрипело. Кирпично-ржавая створка ворот открылась, выпуская бандитов.
– Удачи, Захарчик, – один из них замер на пороге. – Прости, что ненадолго, дела еще есть. А ты уж в порту не высовывайся. А то, опять приедем жену твою проведать. Сладкая она у тебя. Да и с дочками твоими еще не познакомились.
Ночь резанул свет фар и Жигули зарычав моторами канули в темные проезды гаражного кооператива.
Больше всего Пашка боялся, что дядя Захар или его жена покончат с собой. К счастью обошлось, их передали на руки дочерям, обработали ушибы и ссадины, гараж отмыли. На следующий день дядя Захар просто работал в порту, беспрекословно выполняя все приказы начальства и лишь заискивающе улыбаясь на каждое брошенное ему слово. Сперва парень думал, что его сосед притворяется, чтобы выждать момент и отомстить, но затем он увидел какой животный страх наполняет глаза дяди Захара и все понял.
В обед Пашка ушел из порта и, зайдя домой, вскрыл тайник под кроватью, вытаскивая пачку мятых рублей, после чего пошел в трактир «У Михалыча».
Искры не было, да это и к лучшему. Подойдя к одноглазому человеку у стойки бара, он тихо спросил про оружие.
– Что интересует? – торговец прищурился.
– Пистолет. Убойный.
– Стечкин могу предложить. Бьет очередями, магазин на двадцать патронов,
– мужчина выложил на стол шикарнейший пистолет, после чего назвал цену.
Без слов, поняв все по расширившимся Пашкиным глазам, торговец со вздохом убрал Стечкин, выложив привычный ТТ, но покосившись на парня еще раз, положил рядом такой же пистолет, но гораздо более ржавый и побитый жизнью.
– На вид не смотри. Может и дает осечки, и магазин только на восемь патронов, но зато стоит тьфу, а любому человеку и одного патрона в голове за глаза хватает. Берешь?
Пашка спешно сунул через стол пачку купюр, получая оружие. Торговец подмигнул единственным глазом. Убрав пистолет за пазуху, Павел поспешил на работу. Обеденный перерыв кончался, а вскоре после него начальник порта всегда приезжал осматривать свои владения. Павел знал, что сегодняшний его приезд станет последним.
Хрупкая женская фигурка нагнала его у входа в порт.
– Следила за мной? – Пашка мрачно смерил Искру взглядом.