— Такая вот история о благородном человеке, потерпевшим крах из-за собственной жадности! — голос Ассара под маской звучал глухо, Рейвен послышалась в нем горькая усмешка. Девушка не смотрела на работу хирурга, она не чувствовала ни боли, ни прикосновений, только слышала голос врача и звук медицинских инструментов. Вздохнув, он потянулся за инъектором с биогелем, чтобы залить швы и наложить повязку. — Не знаю, как на эту ситуацию смотрите вы, но я очень рад, что вы попали сюда. Хоть последними новостями поделитесь со стариком, что там в мире происходит…
— Нет время, — отрицательно покачала головой Энтри. — Надо знать о Тень. Нет времени пустой разговор.
— Ну вот так всегда! — возмутился Ассар. — Времени у вас вечно нет. А на эту Тень дурацкую сразу нашлось!
— Тень есть угроза, — невозмутимо заметила Энтри, вероятно, привычная к эмоциональным перепадам так называемого шамана племени. За обманчиво легким отношением ко всему происходящему Ассар прятал собственное разочарование и глухое отчаяние человека, вынужденного смириться со своим нынешним положением. Оказавшись буквально на дне, среди мутантов и далеко от тех условий, к которым привык, потеряв все, что имел и к чему стремился, Ассар даже винить никого не мог, кроме себя самого и собственной глупости. И потому просто старался ни о чем не думать, на любой серьезный вопрос реагируя с показной легкостью и улыбкой, но Рейвен чуть ли не с самого начала их диалога заметила, что глаза у врача остаются спокойными и серьезными, словно смеется совершенно другой человек. Девушка сама была такой, жизнь научила ее контролировать и прятать внешние проявления эмоций, чувств и мыслей — сослуживцы частенько говорили, мол, трудно понять, что на самом деле творится у нее на душе — потому сразу и почувствовала игру.
— Здесь все и всегда угроза, — возмутился Ассар, — даже друг может оказаться самой страшной и близкой угрозой, не так ли? — последний вопрос уже был обращен к Рейвен, тут же отреагировавшей на это таким жестким взглядом, что шаман даже дернулся и торопливо отвел глаза. И только после этого она сообразила, что об истории с Джеком знать он не мог, и потому не мог намеренно о ней напомнить.
— Тень есть другое, — отрицательно покачала головой Энтри. — Тень есть зло. Угроза всем. Угроза каждый, нет исключение. Поэтому важно.
— Неважного у вас нет, — сокрушенно покачал головой Ассар. — Однако как лечащий врач я заявляю, что прямо сейчас им обеим нужно горячее питание, отдых и здоровый сон. Стимуляторы, конечно, штука полезная, но даже от них организму тоже иногда необходимо отдыхать…
— Но… — начала Энтри, но Ассар, воспользовавшись своим авторитетом шамана, отрицательно замахал руками, сразу пресекая любые возражения.
— Никаких «но» даже не обсуждается! — заявил он. — Кто из нас здесь шаман? Ты? Нет. Я. И ты должна меня слушаться, потому что я старше, важнее и, главное, один такой у вас. Этим двум людям сейчас необходим отдых. И обязательно — нормальная еда. Это самое важное условие.
— Хорошо, — кивнула Энтри, не смея больше спорить. — Я сделать, как ты говорить. И я сказать старейшины, что у нас теперь есть знание о Тень в лагере…
— Только не думай, что мы так уж много знаем, — сразу предупредила Рейвен, разглядывая повязку, наложенную на ногу. Нервные окончания все еще были отключены, поэтому девушка свою ногу вообще не чувствовала, но внешне все выглядело неплохо. — Спасибо вам, конечно…
— Вы знать гораздо больше, чем любой из мы, — с уверенностью заявила Энтри. — Мы не могу бороться с пустота, мы должны знать, что есть Тень в лагере. Мы должны готовится война.
— С каждым разом все страшнее и страшнее, — покачал головой Ассар, вслушиваясь в акцент лучницы. — Об этом старейшины могут поинтересоваться и позже. Я уверен, что им уже доложили о наших гостях. И сам расскажу старейшинам, что и как, а ты продолжай исполнять роль няньки… Позови, будь добра, вторую девушку.
— Я нет нянька! — сразу возмутилась Энтри, а доктор усмехнулся и поднял руки, показывая, что не будет спорить. Лучнице все равно пришлось бы следить за девушками, как их единственной новой знакомой, и к тому же, одной из немногих в племени, кто вообще умел разговаривать на стандартном языке. Далеко немногие из дикарских племен в Болотах могли похвастаться подобным, и даже жуткий акцент Энтри был предпочтительнее любого из местных наречий.
