Илья медленно прошёл по узкому коридору, выложенному потрескавшимися серыми плитками. Свет мерцал тусклыми всполохами, исходил от одинокого потолочного светильника, который держался на честном слове. Звуки его шагов отдавались глухим эхом, словно это место не было приспособлено для человеческого присутствия. Обдавал холодный воздух, пахнущий пылью и чем-то металлическим, неприятно цепляющим за нос.
Когда Илья наконец добрался до массивной двери, на которой некогда была надпись, стёртая временем, он замер на секунду, тяжело выдохнул и толкнул её. Дверь со скрипом подалась внутрь, открывая вид на просторное, жутко обветшалое помещение.
Казарма встретила его тягучим запахом затхлости и пота. Потолок здесь был низким, стены покрыты следами ржавчины и грубо сбитой штукатурки. Ряд кроватей тянулся вдоль одной стены, матрасы на них были вдавлены и покрыты выцветшими серыми одеялами. У изголовий каждой кровати возвышались странные металлические штыри, похожие на нечто среднее между антеннами и штыками. Они казались совершенно неуместными, их поверхность была потускневшей, с пятнами ржавчины.
Илья осторожно оглядел помещение. В углу несколько бойцов негромко разговаривали, их лица плохо различались в полутьме. Один из них, высокий и худощавый, бросил взгляд на новичка и коротко кивнул. Другие даже не обратили внимания, слишком увлечённые своими делами. Ещё трое играли в карты за деревянным столом, который стоял под искривлённой трубой отопления. Карты были потрёпанными, сами бойцы казались такими же измученными, как обстановка вокруг.
Эй, новенький! — донёсся голос с противоположного конца комнаты. Илья повернулся и увидел коренастого мужчину лет сорока, с коротко стриженными волосами и жёстким взглядом. Его форма была заметно потерта, на плече висел автомат с потрескавшимся прикладом. Мужчина указал на одну из кроватей.
— Твоя койка там, рядом с Ржавым. Если не хочешь, чтобы твои вещи пропали: держи их в сумке под подушкой.
Илья неуверенно кивнул и направился к указанной кровати. Рядом сидел парень лет тридцати с рыжеватыми волосами и острым взглядом. На столе у его ног стояла банка с каким-то самодельным напитком, а в руках он вертел небольшой нож.
— Ржавый — это я — хмыкнул парень, глядя на Илью. — Не переживай, я не кусаюсь. Он кивнул на место рядом. — Здесь всё просто — главное - не мешай остальным и не суетись.
Илья хотел спросить о правилах или о том, как всё устроено, но взгляд Ржавого дал понять, что лучше помолчать. Вместо этого он просто сел на кровать, чувствуя, как старая пружина скрипит под его весом и снял ботинки. Вокруг всё больше ощущалось напряжение — не от присутствия бойцов, а от самого места, которое казалось живым.
Когда Илья попытался лечь и укрыться одеялом его тут же пронзило неприятное покалывание. Он резко подскочил, чуть не ударившись головой о верхнюю шконку. Ещё одна попытка привела к тому же — тело снова ударило статическим разрядом, неприятно жгущим кожу через одежду.
— Чёрт… — выругался он тихо, потирая руку, которую особенно сильно кольнуло. Он обернулся на Ржавого, который едва заметно ухмыльнулся, наблюдая за попытками.
— Синтетика — с ленцой прокомментировал Ржавый, кивая на покрывало. — Ну и конденсаторы на крыше подзаряжают атмосферу. Тут всегда так. Если не хочешь прыгать, как лягушка, заземлись.
— Заземлись? Как это? — Илья смотрел с недоумением.
Рукой за штырь возьмись — подсказал один из бойцов, не отрываясь от своей игры в карты. — Иначе так всю ночь и промучаешься.
Илья взглянул на металлический штырь у изголовья. Он сомневался, но всё же осторожно потянулся рукой. Металл был холодным на ощупь, едва он коснулся поверхности - все тело подпрыгнуло от удара, покалывание тут же исчезло, заряд исчез.
— Вот и всё. Тереби его время от времени — лениво прокомментировал Ржавый, продолжая крутить нож.
— Добро пожаловать в нашу уютную ночлежку. Надеюсь, тебе нравится.
Остаток дня прошел спокойно. Бойцов дважды покормили в соседней комнате — баланда была едва тёплой и вязкой, но голод брал своё. Никто не жаловался, хотя Ржавый отпустил пару колких замечаний о кухне, заставив некоторых бойцов усмехнуться.
Наступил вечер, Илья наконец улёгся, а сон всё равно не приходил. В голове всплывали образы: перевёрнутая машина, утонувшая в лавине монстров. Разорванный металл, разлетающиеся колёса — всё это он видел снова и снова, мысли цеплялись за этот момент, отказываясь отпустить.
"Зачем я вообще сюда пошёл?" — мелькнула мысль. Яркой вспышкой Илья вспомнил, зачем.
