— Караван целиком лёг сразу. Людей в кабинах выворачивало наизнанку, кровь из ушей, глаз. Вытаскивали выживших на верёвках, тащили по земле, цепляли за ноги, за воротники, пока сами не начали сходить с ума.
Илья говорил без задержек, история лилась ровно и гладко, без преувеличений, пропитанная настоящей пылью пустошей. С каждым словом парень втягивался в рассказ и уже не замечал, как в глазах авторитета исчезла прежняя скука. Ленца испарилась тихо, незаметно, высохла каплей воды на раскалённом железе.
Теперь во взгляде появилась осторожная внимательность, Перо вдруг заметил, перед ним не шут на потеху, а нечто более опасное.
А Илья продолжал говорить, не понимая, что разговор уже давно вышел за рамки сделки.
Вектор замолчал, обдумывая продолжение рассказа, чтобы случайно не упомянуть Мрака. Слишком много нитей вело к нему, слишком много лишних вопросов могло возникнуть. Он нарочно тянул паузу, делая вид, что подбирает слова, но хозяин кабинета вдруг встрепенулся и перебил его, впервые за весь разговор посмотрев прямо и остро:
— Погоди-ка, родной, — оживился он, тон теперь был внимательным и холодным. — Это вы Косу из-под Грейвилла выдернули?
У Ильи внутри что-то дрогнуло, пальцы едва заметно дёрнулись, внешне он оставался неподвижным. Продолжил, уже не лениво, а резко и цепко, удерживая внимание:
— Этот балбес недавно у меня был, мозги пудрил, почему на два дня с грузом задержался. Мямлил что-то невнятное про «непредвиденные обстоятельства». Я думал, его где-то на боковушке прижало, а говорит, мол, Крикун прямо на трассе, а какая-то парочка дёргала на канатах народ прямо из-под удара. Я тогда посмеялся, конечно. Крикун на трассе — такое и не придумаешь. А теперь ты слово в слово повторяешь байку.
Перо наклонился вперёд, глаза сузились:
— Ты, дружок, эту сказочку в забегаловке поймал, теперь мне её втюхиваешь? Или как?
Слова были резкими, шилом под рёбра. Вектор на мгновение замер, почувствовав, как в груди стало холодно и тесно. Совпадение становилось опасным. Ещё чуть-чуть — и он превратится в простого болтуна, а болтунов в Краегоре не терпят.
Но и отступать было поздно. Илья медленно выдохнул, коротко и холодно, чуть качнул головой и без дрожи в голосе ответил:
— Мы были. Если сомневаешься, спроси у Косы сам. Или меня спроси что-нибудь такое, чего в кабаке не рассказывают, я тебе сходу скажу.
Парень ступал по лезвию пера. Коса мог соврать или просто скрыть что-то важное, но шаг назад сделать уже невозможно.
Бандит же молчал, глядя на него пристально и внимательно, и в глазах вдруг появился огонёк — не злости и недоверия, а жёсткого, холодного интереса.
— Ну ладно, дружок, — медленно проговорил Перо, сложив пальцы в замок и положив руки на стол. Слегка прищурился, изучая Илью взглядом, похожим на тонкое лезвие. — Вопрос простой. Во что Коса был одет в том рейде?
Вектор внутри ощутил короткий всплеск победы, а внешне остался совершенно спокоен и даже слегка безразличен. Он помнил, очень хорошо помнил.
Когда они вытаскивали выживших из-под удара Крикуна, Коса едва отдышался, прежде чем рухнуть в их броневик, прямо перед Вектором. Дорога до Грейвилла заняла добрый час, и за это время Илья невольно разглядывал спасённого, отмечая каждую мелочь. Куртка, застёжки, штаны, ботинки, снаряжение — всё впитывалось его технарским любопытством, намертво откладываясь в памяти.
Особенно запомнился ему странный погон на левом плече — тёмный, потёртый, с знаком, похожим на змею, обвивающую треугольник. Тогда парень отмахнулся — просто отметил как необычную деталь. Позже, уже в пути узнал, такие погоны носят только свои, внутренняя ячейка «Грифов». Это был клановый знак, сродни командирской повязке в Гильдии Перевозчиков: если видишь её на человеке, вопросы задавать не стоит. В рейде такой человек командует, он решает, кому жить, а кому лечь в песок.
Илья без лишних эмоций начал описывать:
— Куртка тёмно-серая, старая, с утеплённой подкладкой. Швы слегка подточены, одна застёжка латунная, отличается от остальных по цвету. На штанах усиления на голени, ботинки обычные, на левой щиколотке пряжка чуть оттопырена. Погон на левом плече, тёмный, почти неразличимый знак. Похож на кольцо или змею…
Он не стал продолжать дальше, этого было достаточно.
Перо молчал. Не задавал уточняющих вопросов и не пытался подловить на мелочах. Посмотрел Илье в лицо, сканировал глазами, разбирая услышанное по деталям. Откинулся на спинку кресла, медленно выдохнул и уставился куда-то в угол потолка, будто разговор с Ильёй уже закончился, а другой, куда более важный, только начинался внутри его головы.
Пальцы переплёл, положил на стол, а взгляд стал рассеянным, для него собеседника больше не существовало. Губы едва заметно шевелились, и он тихо, почти неслышно заговорил, рассуждал сам с собой, забыв о присутствии Вектора:
— Ну, значит, так получается, — лениво и с лёгкой насмешкой протянул он, — я тебе должок имею?
Авторитет смотрел мимо Ильи.
