– Душа моя! Знаю, мы оба хотим всех спасти. Но ради детей придется пойти на жертвы. Я пэкьу, а потому должен управлять боевым гаринафином и быть готов к смерти. Детям не место на Алкире. Но если ты и все дара отправятся с ребятишками на Ратопэ, та вряд ли выдержит. У нас и так слишком много людей для двух гаринафинов… Если перегрузить Ратопэ, она быстро устанет и не сможет сбежать в минуту опасности.
Тэра мешкала. Она имела привычку всегда поступать по-своему, но ведь ее решения как раз и привели к нынешней трагедии. Возможно, ей следовало быть менее высокомерной и самоуверенной, не строить из себя всезнайку. Но она не могла остаться с Таквалом и принять расставание с Танто и Рокири. Ужасы прошедшего вечера заставляли ее липнуть к сыновьям, не отпускать их от себя ни на шаг.
А еще ее беспокоило то, как переглядывались бывшие льуку.
Словом, Тэра не поддалась на уговоры и мольбы Таквала.
– Давайте я поведу Ратопэ и повезу детей, – вдруг промолвила Вара Роналек, глядя на Тэру. – Не волнуйтесь, принцесса: я хоть и стара, но рука у меня твердая. Ратопэ еще юная, однако сильная и бесстрашная. Дети будут в безопасности.
Радия и Тооф снова переглянулись, но возражать не стали.
Предложение Вары успокоило Тэру. Учитывая, что Радия и Тооф обязаны Роналек принятием в клан, старая женщина была единственной, кому Тэра готова была доверить Танто и Рокири при условии, что дезертиры льуку тоже отправятся с ними. Она неохотно кивнула.
Таким образом, план был составлен. Вара поведет Ратопэ, а Радия и Тооф будут следить за местностью и управлять катапультой. Все дети – около сорока человек, – а также несколько взрослых, от которых не было прока в бою, вроде Сатаари и Радзутаны, будут надежно привязаны к надетой на гаринафина сетке.
Алкира поведет Таквал. Тэра и воины агонов и дара составят его команду. Чтобы не перегрузить Ратопэ, все оружие и боеприпасы, которые удалось захватить из долины, включая мешок взрывчатого порошка и несколько ценных инструментов дара, также решено было поместить на Алкира.
Сами Фитадапу – единственной дара, кто уверенно чувствовал себя на гаринафине, – выдали пращу и назначили ее дозорной команды Таквала. Радия и Тооф еще раз нехотя позвали Типо То на Ратопэ, но та, разумеется, отказалась. Адьулек, хотя и не была воином, настояла, что ее место на Алкире, рядом с пэкьу. Торьо не желала расставаться с Тэрой; став свидетельницей стольких смертей за один вечер, девушка до сих пор пребывала в ступоре. Таквал согласился взять ее с собой.
Агоны-воины и Сами надели страховочные портупеи, а остальные пристегнулись к сетке. Тэра взглянула на луну – лик Нальуфин, бесстрастно взирающий на разыгравшуюся в долине бойню, – и молча помолилась богам Укьу-Гондэ.
«Прошу вас, оберегайте всех, кого я люблю. Я никак не могу поверить, что тысячи людей уже погибли. Я зазналась и не усвоила важнейший урок этой земли: малейшая неосторожность может оказаться роковой. Я была слишком алчной. Рисковала без нужды. Заставляла людей играть собственной жизнью и жизнями своих близких. Хотела одним решительным ударом лишить льуку возможности вовремя отправить города-корабли сквозь Стену Бурь. Жажда легкой и быстрой победы заставила меня забыть об осторожности и осмотрительности, о необходимости советоваться с другими. Вина целиком лежит на мне, так покарайте же меня, а других оставьте в покое».
Приготовления завершились. Напоследок грустно оглядев полыхающие в долине пожарища, Таквал свистнул, и Алкир поднялся в воздух. Спустя несколько секунд следом взлетела и Ратопэ. Под завязку нагруженные гаринафины летели медленно и неуклюже, тяжело дыша.
Таквал повел Алкира на северо-восток вдоль Рога. Тэра сидела рядом с ним, обнимая за талию. По мере подъема холодный ветер принялся щипать ее лицо, не прикрытое плотным мехом, защищавшим тело. Тэра подалась вперед и уткнулась лицом в спину Таквала. Тело мужа согревало не только ее щеки, и она тихо заплакала.
Ветер усиливался, подгоняя их в спину. Они бесшумно летели в ночи и вскоре оставили долину далеко позади. Казалось бы, с каждым взмахом гаринафиньих крыльев, отдаляющим их от опасности, Тэре должно было становиться легче, но почему-то ей, напротив, делалось все больше не по себе.
Что-то было не так.
Тэра оглянулась на Ратопэ, дабы при свете луны убедиться, что с ее сыновьями все хорошо. И в ужасе воскликнула:
– Таквал!
На Ратопэ завязалась драка. В тусклом свете луны сложно было разобрать, кто с кем дрался, но вскоре Тэра поняла, что Радия и Тооф отстегнулись от портупей и боролись с Варой. Радия обхватила наездницу из-за спины, удерживая руки и оттягивая назад. Тооф что-то кричал Варе и пытался перебраться через борющихся женщин в седло. Дети и остальные взрослые, накрепко привязанные к сетке, могли лишь беспомощно наблюдать за происходящим.
Молодой гаринафин и без того устал от чрезмерной нагрузки. Оставшись без управления, Ратопэ отвлеклась на драку и потеряла курс, с каждой секундой отставая от Алкира.
– Развернись! Развернись! – кричала Тэра мужу.
