– Не волнуйся! – Вдова Васу ласково погладила девочку по руке. – Мы не станем подвергать твою семью опасности. – Она повернулась к своей команде. – Понимаю, все вы считаете, что сдаваться нельзя. Но как по мне, наша победа не совсем справедлива. Мати, ты должна признать, что еда Модзо вкуснее твоей. Без рассказов Одуванчика и представления героев из Цветочной банды мы бы не выиграли.
Мати кивнула и разрыдалась. Лодан обняла ее.
– Кроме того, в правилах сказано, что участие в состязании может принимать только штатный персонал «Великолепной вазы».
– А ведь и правда! – ахнула Одуванчик.
Присутствующие пали духом. Вдова Васу была права. В пылу борьбы все напрочь забыли об этом пункте правил.
– Еще не поздно официально нанять нас на работу! – воскликнул Види.
– Поздно. – Пожилая дама помотала головой. – Тифан будет напирать на то, что состав участников был закреплен на момент объявления соревнования…
– С этим можно поспорить…
– Хоть вы и адвокат, мы не в суде. – Хозяйка ресторана жестом призвала Види замолчать. – Мне изначально было нелегко принять вашу помощь, но я убеждала себя, что свинья еще жива. Теперь мне понятно: такая победа несправедлива.
– Впору ли говорить о справедливости, когда Тифан пользуется такими грязными уловками? – возмутился Кинри. – Берет семью Модзо в заложники, скупает все продукты…
– Нельзя опускаться до его уровня, – спокойно ответила вдова Васу. – В молодости я, пожалуй, не была столь щепетильна, но боги все видят, и истинную победу не завоевать ложью и хитростью. Одуванчик, ваши истории хороши. Я действительно создала «Великолепную вазу» из любви к доброй еде и славной компании, но в любви нет места обману.
Одуванчик поклонилась:
– Бабуля, вы преподали мне урок великодушия. Совершенно верно, в любви нет места обману.
В этот момент Кинри и Одуванчик почему-то посмотрели друг на друга и тут же отвели глаза, будто молнией пораженные.
Все прочие грустно повесили головы. Остановиться буквально в шаге от победы тяжелее, чем проиграть по всем статьям.
– Ты храбрая девочка, – вдова Васу обняла Модзо, – и правильно поступила. Пойду к судьям.
Му снова упала на колени и отвесила земной поклон:
– Госпожа, я навеки перед вами в долгу.
– Если хочешь, можешь звать меня просто бабулей, – ответила вдова Васу. – Это мне следует благодарить тебя за то, что показала нам всем, какие чудеса можно творить с едой. Модзо, ты настоящий мастер своего дела. Надеюсь, в будущем ты не просто продолжишь копировать творения предка, а придумаешь и свои собственные, новые блюда. Твой талант заслуживает отдельной истории.
Когда Лоло и Сэка объявили, что хозяйка «Великолепной вазы» добровольно признала поражение, и зрители и судьи были ошеломлены. Сцены-кухни еще не были разобраны, а по Гинпену уже понеслись невероятные, противоречащие один другому слухи о причинах такого поступка. Одни утверждали, что «Вазу» якобы уличили в жульничестве, другие говорили, будто видели, как повариха «Вазы» разрыдалась, попробовав удивительные блюда юного дарования из «Сокровищницы».
Тифан в своем фургоне раздавал мешочки монет местным гулякам.
– Благодарю вас, достопочтенные господа и дамы. Продолжайте распускать слухи.
Вернувшись в «Великолепную вазу», вдова Васу как будто разом состарилась. Спина ее согнулась сильнее, а походка потеряла легкость.
– Чтобы исправить ошибку, официально принимаю вас на работу в «Великолепную вазу», – сказала она Одуванчику и Цветочной банде. – Если, конечно, вы желаете помочь нам в следующем состязании.
Все согласно кивнули.
– А что предстоит делать? – спросила Одуванчик.
– Раз уж мы проиграли в первом раунде, нам выбирать, – ответила вдова Васу. – Я предложила посостязаться в обслуживании клиентов.
– Когда именно? – уточнила Лодан.
– Через несколько недель. Кажется, в «Сокровищнице» вынуждены делать перепланировку, чтобы соответствовать строительному кодексу. Но сколько бы денег у них ни было, с нашим обслуживанием им не тягаться. Даже когда «Ваза» была еще простым кабаком, все гости чувствовали себя там как дома и уходили сытыми и довольными.
