– Люди обычно нанимают специалистов, когда требуется выполнить задачу, которая им самим не под силу.
– То есть все-таки наймешь головорезов? – с презрением усмехнулся Карпатский. – Думаешь, это не сделает тебя убийцей? Твои руки все равно будут в крови!
– Не надо читать мне мораль, – процедил Федоров, испепеляя его взглядом. – Там мои сестра и жена…
– Этим будешь себя оправдывать? – Карпатский прищурился. – Вообще-то ты здесь не единственный, для кого это дело – личное.
– Личное? Для вас? – Теперь презрительная усмешка искривила уже губы Федорова. – Один ищет подругу, которой не протянул руку помощи три года назад, а теперь просто пытается успокоить совесть. Другой уже пятый год морочит голову моей сестре, делая вид, что любит. Ну а ты, майор, спасаешь девушку, которую знаешь пять минут. Так что не нужно сравнивать меня с собой, господа. Вы втроем вместе взятые не чувствуете и десятой части того, что сейчас чувствую я!
Соболев сбежал по ступенькам с крыльца, встал напротив Федорова рядом с Карпатским и эмоционально вскинул руку с оттопыренным указательным пальцем.
– Вот только не надо, мать твою, говорить мне, что я чувствую! – прикрикнул он, тыча пальцем в друга. – И это в любом случае не повод убивать людей!
– У нас ведь еще есть время поискать другой вариант, – осторожно заметил Савин. Он так и стоял на крыльце, не занимая пока ничью позицию.
– Искать его бесполезно, – сдержанно возразил Нурейтдинов. Он тоже стоял чуть в стороне от спорящих мужчин, тем самым подчеркивая, что в данной ситуации является лишь наблюдателем и консультантом. – Магия, завязанная на крови и смерти, довольно сильна и не оставляет нам место для маневра. Я могу уничтожить зеркала, чтобы через год они не стали снова злыми… Возможно, я смог бы открыть дверь с той стороны, если бы находился в лабиринте, но попасть туда можно только через злое зеркало. Если бы мы не освободили Селезневых, это можно было бы сделать через их зеркало, когда дух уничтожил их…
– Хорошо, что вы не сказали этого раньше, – проворчал Карпатский. – А то с господина Федорова сталось бы ухватиться и за этот вариант.
– Не надо делать из меня монстра!
Когда они забежали в комнату, София прикрыла дверь, выглянула в оставшуюся щель, после чего закрыла дверь окончательно.
– Кажется, он вас потерял, – пробормотала она, облегченно выдыхая.
– Ты как здесь оказалась? – тихо спросила Юля. – Мы тебя везде искали! Ты зачем ушла?
– Я проснулась от стука в дверь, – принялась объяснять София. – Но не в нашу, а в одну из соседних, как мне показалось. Вы все спали, и я решила посмотреть сама, кто и куда стучится. Но когда выглянула в коридор, там уже никого не было. Я немного прошлась по нему, заглядывая за другие двери. Нашу оставила открытой, чтобы не потеряться, но… Потом я кого-то увидела. Мужчину. Он шел по одному из коридоров и был уже далеко, я видела его только со спины… Я окликнула его, но он не обернулся. Я пошла следом…
– Зачем? – возмутилась Кристина громким шепотом.
– Не знаю… Понадеялась, что он нам поможет… Но потом я столкнулась с одним из мертвецов… С тем, у которого горло перерезано и в руках нож, он почему-то был в коридоре. Я побежала и заблудилась. Я несколько раз слышала вас, но никак не могла найти, а отвечать боялась: тут несколько мертвецов бродит… Кстати, я думала, нож только у одного, но видела как минимум двоих разных…
– Этот или твой, которого ты не видела, или дополнительный, – предположила Диана.
Как и остальные, она по-прежнему сжимала в руке взятую с собой свечу. Та не погасла даже на бегу, поэтому в комнате, где они спрятались, было достаточно светло. Оглянувшись, Диана вздрогнула: на стене висело зеркало. И судя по следам крови на нем, это снова было зеркало Кристины.
Они сделали еще один круг.
– И что будем делать дальше? – тем временем задалась вопросом Кристина. – Так и сидеть теперь здесь, чтобы ни с кем не столкнуться?
Словно в ответ на ее вопрос где-то вдалеке раздался стук: три удара с равными промежутками времени между ними. София испуганно схватилась за ручку двери.
– Боюсь, кто-нибудь и сам сможет нас найти, – прошептала Юля.
– Это не тот, что с ножом, это тот, второй, который стучит в двери, – так же тихо заметила София.
– Подозреваю, что хрен редьки не слаще, – удрученно предположила Кристина. – А значит, если выбежим сейчас, можем оказаться между двух огней.
– А если останемся здесь и нас найдут, дверь мы не удержим, – добавила София. – Она ведь наружу открывается…
Тройной стук в дверь раздался вновь, но на этот раз гораздо ближе.
– Мы в ловушке, – выдохнула Юля сокрушенно.
