- Нет, естественно, - твердо ответил юный маг, после чего присел на небольшой диванчик под боковой стеной, упираясь локтями в колени и пристально смотря на папу. – Я собираюсь покинуть Аламут, а о ребёнке, - взгляд мольфара стал предупреждающим, - никому знать не стоит. Я сумею сокрыть его магию.
- Ох, Ян, - пробормотал Завир, понимая, что его сын уже принял решение, и даже он, его родитель, не сможет на него повлиять. – Не недооценивай аль-шей, - единственным, чем он сейчас мог помочь своему ребёнку, так это мудрым советом. – Реордэн Вилар – тот человек, который не остановится, пока не почувствует на своих губах вкус полной и безоговорочной победы.
- Я тоже, папа, не тот человек, каким был раньше, - спокойно и уверенно ответил Ян, чувствуя, как в нем сильно, ярко, пламенно полыхает огонь магии. – Уже не тот, и прежним вряд ли стану.
- Аль-шей, - осторожно начал Арт, сложив руки перед собой на столе, сцепив пальцы в замок и опустив голову, - а вам не кажется, что это как-то… слишком? – ассасин, не поднимая головы, покосился на расслабленно восседающего на своем месте правителя, после из-подо лба посмотрел вперед, на Дэона, который хмурился, но молчал, и именно это молчание друга и вынудило Торвальда задать владыке столь недопустимый вопрос.
- Жесткая ситуация требует жестких мер, даи Торвальд, - непререкаемым тоном ответил Реордэн, а после, немного помедлив, продолжил менее резко, но не снисходительно, скорее, взывая к пониманию. – Арт, ты, как воин и ассасин, должен понимать, что мы не можем позволить себе попустительство даже по отношению к близким нам людям. Вот я, например, один раз доверился, казалось, тому, кто недоверия вызывать просто не может, и что в итоге?.. – альфа выразительно замолчал, посчитав, что он достаточно откровенен и выразителен в своих словах. – В итоге мы имеем вот такую вот занимательную цепочку событий, которую нужно не просто разобрать на звенья, но и скрупулезно проверить каждое это самое звено, дабы предотвратить… – заметив вопросительный взгляд всех троих ассасинов, мужчина неопределенно фыркнул. – Пока я и сам не знаю – что, но доверять мольфару, тем более двум мольфарам – это верх глупости.
- Я согласен с отцом, - приглушенно, впервые за весь их длинный и нелегкий разговор взял слово Дэон, - пока не проверим и не убедимся, пока не будем уверены в том, что опасности действительно нет, нужно забыть о том, что эти омеги значили для нас всех в прошлом.
- Мы исполним любой приказ, аль-шей, - почтительно ответил Брьянт, который уже привык к тому, что он, в силу своей должности раф-ри разведывательного отряда, присутствует не только на заседаниях всех даи, но и на вот таких вот малых обсуждениях, - хотя, скажу прямо, это не означает, что эти приказы нам по душе, - да, он говорил не только за себя, но и за Арта, прекрасно зная, что высказывает не только свое мнение. Как бы там ни было, но Ян был ему симпатичен, пожалуй, это впервые за весь период их с Дэоном дружбы сам альфа отнесся к выбору аль-ди с одобрением, увидев не только силу ответных чувств мальчишки, но и его личностные качества, а то, что омега изменился… Наверное, он мог понять Риверса, мог осознать причину его поступков, разве что не мог принять эту неестественную холодность в его глазах, которая невольно заставляла чувствовать себя виноватым.
- В таком случае не стоит медлить, - повелительно распорядился аль-шей, подымаясь, а вслед за ним поднялись и остальные воины. Ассасины, следуя за своим владыкой, покинули зал для совещаний, направляясь в восточное крыло крепости, где располагались комнаты мольфара. Реордэн был хмур, хотя остальные воспринимали его сведенные на переносице брови, как знак задумчивости и решительности, но на самом деле сейчас владыку раздирали противоречивые эмоции, которые с его решением относительно Завира Риверса были абсолютно не связаны. Они были связаны с омегой, магическую силу которого он почувствовал сразу же, как только тот ступил из Врат на каменный пол Аламута. Юный маг не то чтобы нейтрализовал его заклинание, скорее, просто приглушил его, причем приглушил только относительно себя, и сделал это, использовав отнюдь не силу мольфара. Чему его там научил Рхетт, и на каком положении находился Ян Риверс при императоре, аль-шей волновало мало, главным было то, какими путями этот плутливый дельта смог изменить мальчишку за столь короткий срок. Это не делало чести ему самому, как владыке, потому что он ещё тогда, в день их первой встречи, откровенно говоря, дал маху, не узрев в человеческом омеге отпрыска своего врага. Да, врагов у него было много, за восемьсот лет жизни их накопилось достаточно, в том числе и император Тул, и мольфар Завир, но Ян…
