- Вот то, о чем я говорил… - проворчал Завир, хмурясь. Да, обряд родственности крови был необходим, маг это понимал и ожидал такого поворота событий, но что-то во взгляде аль-шей ему сильно не понравилось, тем более что этого человека он знал слишком хорошо, чтобы поверить в то, что он только что был с ними честен и откровенен. Но более всего его поразила реакция Дэона, который молчаливой тенью возвышался за своим отцом, отстранено уставившись куда-то поверх головы Яна. Альфа явно избегал зрительного контакта со своим омегой, но не потому, что боялся посмотреть ему в глаза, а потому… хотя, он так и не понял, что же стало причиной отчуждения в столь любящей паре, но то, что к добру это не приведет, мольфар чувствовал четко.
- Господин Ян, - в комнату проскользнул синеволосый омежка, робко замерев у двери, - приготовить вам купальню или же, может, подать… - мальчишка задумался, взглянув в окно, - ужин?
- Кьярд, скажи, - так и не поднявшись с дивана, но переведя пристальный взгляд на служку, начал Ян, - ты не боишься меня?
- Нет, - без каких-либо запинок и промедления ответил Кьярд, - но мне не нравится то, что вы… - омежка снова помедлил, явно подбирая слова, - закрыли свое сердце.
- Да, закрыл, - опустив голову, задумчиво протянул Риверс, удивляясь тому, настолько точно мальчишка подобрал слова, и тут же вскинулся, не зная, куда деть руки, поскольку омежка, в порыве, обнял его, сбивчиво зашептав.
- Я очень рад, что вы вернулись, господин Ян, - омежка уткнулся лбом своему хозяину в плечо, - но я хочу, чтобы вы стали прежним, чтобы вам не было больно.
- Спасибо, - так же, шепотом, ответил юный маг, а после отстранил от себя мальчишку, в уголках глаз которого скопились слезы и едва заметно ему улыбнулся. – И купальня, и ужин, Кьярд.
- Что?.. – омежка озадачено посмотрел на своего господина, а после, улыбнувшись, выструнился. – Конечно, господин Ян. Я мигом, - и Кьярд змейкой юркнул за дверь, спеша выполнить поручение.
Ян лишь посмотрел вслед преданному другу, а после, прикрыв глаза, откинулся на спинку диванчика, чувствуя, как за этот день устало его тело. Душа тоже устала, все-таки на него свалилось больше, чем он предполагал, да и держать маску с родными людьми было не так просто как с Рхеттом, ведь, как оказалось, наедине с врагом проще себя контролировать, чем с глазу на глаз с теми, кого ты любишь, но кто предал тебя. Впрочем, как он и сказал отцу, просто сидеть и ждать он не собирался, потому как в Аламуте у него осталось ещё несколько незаконченных дел, а после он сможет покинуть эту крепость, скорее всего, навсегда.
Завир же, смотря на умиротворенное лицо своего сына, не смог сдержать легкую улыбку – все-таки не все мертво внутри его мальчика, душа Яна ещё жива, пусть и растерзана в клочья, его сердце все ещё способно любить и привязываться, пусть оно и заковано в ледяную глыбу отчуждения, а значит, когда-нибудь все это срастется, исцелится и освободится, нужно лишь время.
- Беда, принцесса! Беда! – Валенсий, непочтительно ввалившись в комнаты своей госпожи, с громким стуком захлопнул за собой дверь и, облокотившись о косяк, тяжело задышал, уже в который раз проклиная это жирное, ни на что негодное тело, которое и так едва ли не распадалось на куски. Был бы жрец более внимателен к своему здоровью, его тело сослужило бы некроманту хорошую службу, но, увы, похоже, его святость при жизни употребляло много троарского игристого, и даже его магия не могла полностью остановить естественные процессы мертвого организма.
- Что могло ещё случится кроме того, что этот мальчишка вернулся? – недовольно спросила Миринаэль, которой и самой до зубной боли надоели не только эти толстые каменные стены крепости, но и неопределенность собственной судьбы. Мало того, что Дэон относился к ней не более чем как к уважаемой и почитаемой гостье, так ещё и мольфар вертелся под ногами, что только усложняло задачу, причем не только её, но и Валенсия. Нет, она не думала, что маг что-то заподозрил, но остерегаться его стоило, и принцессу это бессилие выводило из себя, как и то, что, похоже, аль-шей все же сделал ставку на мальчишку, дав добро на его спасение, хотя ей официально на дверь никто, конечно же, не указал, но она чувствовала, что этот день не за горами.
- Обряд родственности крови, - все ещё глубоко дыша, ответил некромант, при этом пытаясь игнорировать едкие капельки пота, которые раздражали глаза. – Аль-шей приказал даи Иллисию завтра провести обряд родственности крови между мольфаром и даи Торвальдом, а я, уж простите, и без обряда знаю, каким будет результат.
- Так сделай что-нибудь, некромант! – вспылила эльфийка, гневно сузив глаза: похоже, пришло время для радикальных мер, иначе позор, который падет на неё после отказа от брака, будет мелочью по сравнению с тем, что пророчество её матери так и останется пустым звуком. – Убей этого Иллисия, забери его тело и измени исход обряда.
