Омега отчаянно сомкнул руки на животе и низко опустил голову, так как в ушах снова, отголоском, шепотом, украдкой, прозвучали слова, но на этот раз голосом аловолосого дельты: «…мольфар, более того… понесший мольфар». Он понятия не имел, что или кто такой «мольфар», но слово «понесший» было слишком знакомым, чтобы не осознать его суть. Но ведь он не мог… так не должно было быть, ведь после течки… после течки у него были регулы… или… Ян ошарашено вскинул голову, пытаясь вспомнить события месячной давности – не было. Как он мог забыть? Как мог проигнорировать то, что было настолько очевидно? Как вообще так получилось? Юноша заметался по постели, ощущая, как все его тело заполняет жар паники, подталкивая бежать, но ноги стали будто ватными, непослушными, одеревеневшими, и ему не оставалось ничего, как вновь упасть на кровать, свернувшись клубком, подтянув коленки к груди и обхватив их руками.
На все вопросы у него были ответы, причем очень простые и вразумительные. Запамятовал он по своей невнимательности, потому что это была его первая течка, к тому же, он так увлекся собственными переживаниями относительно эльфийской принцессы, отвлекся на друзей и забылся в объятиях любимого, что и думать позабыл о столь важных двух-трех днях после течки, на которые должны припадать регулы. Да и намеков на его состояние было много, хотя он понял их только теперь, а тогда, буквально ещё день назад, он не обращал никакого внимания ни на свое легкое недомогание под вечер, ни на странные ощущения в теле, когда его, как только что, накрывало жаркой волной до мелкой испарины и так же быстро отпускало, ни на слова своего альфы, который пару раз подметил, что он пахнет столь же сладко, как и в течке – это все были признаки беременности. Но самым бесспорным фактом стало то, что его тело источало молнию, как руки Ноэля огонь, что, собственно, и не позволило Рассену прикоснуться к нему. И все же… такой маленький срок, а магия ребёнка уже искала выход из его тела? Более того – защищала? Целенаправленно? Неужели его малыш такой сильный?
Ян почувствовал, как щиплет глаза, но не расплакался, просто захныкал тихонечко, сотрясаясь всем телом, из-за непонимания и страха. Если бы только рядом был папа, он бы, наверняка, помог ему мудрым советом или просто положил бы руку на лоб, и этого оказалось бы достаточно для того, чтобы успокоиться. Но папы рядом не было. Никого не было. Только эта зловещая тишина удобной комнаты, в которой его и заперли, а иначе и быть не могло, именно потому, что он был беременным. Так, может?.. Ян даже выпрямился на секунду, но после вновь свернулся в клубочек, понимая, что Рассены никак не могли узнать о его беременности, если даже он сам не знал, значит, причиной похищения был не, судя по всему, сильный магически ребёнок, а что-то другое, хотя это и не отметало тот факт, что теперь у дельт есть ещё более весомое преимущество.
На миг Ян заставил себя забыть о Рассенах и подумать о собственном состоянии. Он был беременным. Сейчас у него внутри развивалась новая жизнь – плод их с Дэоном любви. И от этой мысли было тепло. Да, он желал этого ребёнка, пусть, в свои 18, был совершенно не готов к отцовству, не знал, как это – быть беременным, ничегошеньки не смыслил в уходе за младенцем, и уже тем более не представлял, как он будет рожать. Но все это были мелочи по сравнению с тем, что он уже, только пару минут назад осознав это, любил своего малыша, своего сына, ведь у ассасинов рождаются только мальчики, и поэтому за его жизнь нужно бороться. Ян не представлял, как он это будет делать, ведь его вполне могут шантажировать ребёнком, угрожать, что-то требовать, принуждать к каким-то действиям, и теперь он должен будет на все это пойти ради своего малыша.
Противоречивые чувства смешали сейчас в его душе, ведь омега понимал, что, защищая ребёнка, он может предать возлюбленного и его страну. Нет, весь мир, но, если судить здраво, он ничего толком не знал, даже не во всех частях крепости бывал, так что информатор из него никакой, но что-то подсказывало юноше, что, коль уж он здесь, значит, у императора есть на него виды, планы или что-то в этом роде. Поэтому гадать сейчас было бессмысленным, оставалось только ждать и надеяться на то, что он сможет как-то выкрутиться, продержаться, изловчиться до тех пор, пока Дэон придет за ним, а он придет – Ян в этом не сомневался.
- Я защищу тебя, - прошептал омега, медленно поглаживая свой плоский животик и едва заметно улыбаясь, когда ощутил легкое покалывание в пальцах, будто малыш отвечал ему при помощи магии. Но улыбка быстро сошла с его лица, когда он увидел на кончиках своих пальцев легкое синее свечение, которое, должно быть, откликалось на магию ребёнка.
