Ян был сильно удивлен тем, насколько дворец императора Тул отличался от Аламута. Он-то думал, что внутри будет так же или даже ещё более хмуро, сыро, неуютно, что везде будут сквозняки, стоны пленников и ещё что-нибудь в этом же роде, но все оказалось совершенно наоборот, более того, признаться, он был поражен. Стены, очевидно, были каменными, но, в отличие от крепости, изнутри это не было заметно – как и в его доме, они были обмазаны белой глиной и покрыты цветной краской, полы деревянные и тоже покрыты чем-то, от чего блестели в свете настенных ламп, в которых вместо масла и фитилей мерцали уже знакомые ему кристаллы.
Это было удивительно, потому что он и подумать не мог, что у демонов все будет так… по-человечески. К тому же, одежда, которую ему предоставили взамен его, неизвестно куда исчезнувшей, тоже была вполне обычной. Мягкие, высокие сапоги с небольшим каблуком – да, не очень привычно, тем более что эти самые каблуки звонко стучали о дощатый пол, но и не неудобно. Узкие, темные штаны с высоким поясом, которые он заправил в сапоги, совершенно не стесняли движения. Рубашка тоже темная и мягкая, правда, была немного странной, потому что одевалась не через голову и завязывалась на шее, а, как корсет у женщин, тоже была на шнуровке, только спереди и одевать её пришлось, как камзол, именно поэтому он с ней так долго и провозился. Верхняя одежда состояла из укороченного плаща, до колен, темно-синего, только вместо пуговиц – пряжки, как на подпруге, и под самое горло. В общем, он снова был в сумятице, потому что не понимал, зачем его так вырядили, будто ему предстоял прием у самого монарха.
Ещё одна странность – Галлаэр. Этот омега не казался ему враждебным, но и доверия у него не вызывал, потому что он не знал, что мог делать человеческий омега во дворце императора Тул. Впрочем, об этом можно было спросить самого омегу.
- Скажи, Галлаэр, а ты давно здесь служишь? – осторожно спросил Ян, когда они миновали очередной длинный коридор, звук шагов в котором заглушала тонкая ковровая дорожка.
- С рождения, - плавно ответил омега, который, невзирая на свой возраст, шел с ним в одном темпе, ровно и мягко.
- Но… – изумился Ян, думая о том, а ни не правдивы ли были «Сказания…», в которых говорилось, что среди Рассенов нет альф и омег, и в тоже время утверждалось, что и мужчины, и женщины-дельты могут вынашивать и рожать детей. – Но разве в Тул есть омеги?
- Есть, - кивнул Галлаэр, - только рождаются они от смешанных союзов, - мужчина повернул голову, окинув юношу изучающим взглядом. – Например, мой папа – омега из Венейи, а отец – дельта.
- А разве Рассены не обращают людей в схетов? – снова полюбопытствовал Риверс, хотя ему не очень понравился взгляд мужчины, будто тот приценивался к нему, как к лошади на торге, но это был всего лишь миг, который сменился уже знакомым ему спокойным равнодушием.
- Думаю, юный господин, подобные вопросы вам лучше задавать императору, - уклончиво ответил Галлаэр, после чего остановился у высокой белой двери с позолоченными ручками и замысловатой золотой вязью узора. – Прошу, - омега открыл дверь, и Ян, мысленно попросив у Великой Матери защиты, переступил порог.
И снова он был поражен. Нет, не убранством просторной комнаты, которая была залита мягким светом кристаллов, и даже не присутствием в ней императора Тул, а тем, что его, действительно, пригласили на ужин. В комнате было несколько занавешенных плотным тюлем окон, стены окрашены в ослепительно белый, высоко под потолком висело несколько кристаллов на металлическом, позолоченном, круглом каркасе, а посредине стоял стол, накрытый белой скатертью и заставленный разными блюдами. К тому же, сам Рхетт выглядел довольно празднично, хотя, вполне возможно, у Рассенов это была будничная одежда. Такие же, как и у него, сапоги и темные штаны, правда, кожаные, рубашка, алая, яркая, кровавая, с черной шнуровкой, плащ, тоже черный, вот только на нем было много разных золотых брошей и несколько вышитых, золотыми же нитями, знаков, хотя, скорее, это было похоже на эполеты и медали монаршей армии, что натолкнуло юношу на мысль, что у дельт подобные вышивки – это своего рода военные отличия. На этот раз волосы дельты были собраны в высокий хвост, лишь несколько прядей падало на плечи, и неизменно покрытые красной краской длинные ногти, по поводу чего омега сильно недоумевал, ведь как можно сражаться с такими ногтями? Разве что… разве что вырывать сердца?
Ян сглотнул, и от неприятных мыслей, и от чувства голода, а Рассен в ответ улыбнулся. В этот раз, как отметил юноша, у него были вполне нормальные зубы, без выпирающих клыков, и это даже смягчало внешность дельты, будто тот был обычным человеком. Риверс мотнул головой, призывая себя вспомнить о том, что внешность обманчива, причем порой настолько, что истинную личину человека узреть просто невозможно.
