Время таяло, но Эйден собрал волю в кулак и осторожно пробирался вперед. Убитого стражника скоро хватятся, да и смена может заявиться в любой момент. «Лишние переживания приведут к поражению», вспомнились ему слова Жакена Торбула. «Сначала дрогнет решимость, а потом дрогнет стилет в руке».
Эйден тихо выдохнул, услышав впереди шаги, и понял, что не успеет спрятаться. Он быстро перебежал к ближайшей двери, рванул её на себя и влетел в комнату. Однако комната была не пустой. На Эйдена, широко распахнув глаза и открыв рот, смотрела миловидная девушка в сером платьице. В руках она сжимала влажную тряпку, а у ног стояло ведро с мыльной водой. Служанка.
Она не успела закричать, потому что незнакомец в черном, только что стоявший возле двери, неожиданно очутился рядом и зажал ей рот. Шеи коснулось что-то ледяное, отчего сердце девушки забилось словно птица, желавшая покинуть клетку.
– Дернешься – умрешь, – тихо шепнул Эйден. Но смотрел он не на служанку, а на дверь, за которой раздались тяжелые шаги. Второй стражник. К счастью шаги скоро утихли. Но надолго ли? Эйден подумал и медленно убрал руку, закрывавшую рот девушки. Он приложил палец к губам и покачал головой. Девушка дерганно кивнула, её губы затряслись, а в глазах набухли слезы. – Отвечай коротко и тихо. Это гостевое крыло?
– Да, госпо…
– Коротко. Покои госпожи расположены в соседнем крыле?
– Да.
– Охрана есть?
– Только Груздь.
– Евнух?
– Да, – кивнула она. Эйден одобрительно хмыкнул, после чего задумчиво изогнул бровь, увидев, что руки служанки покрывает сеточка шрамов и незажившие синяки. Девушка, заметив его взгляд, покраснела и сбивчиво добавила. – Маленький господин. Он учится.
– Чему?
– Владеть оружием… – Эйден кивнул, услышав ответ, после чего незаметно нажал на точку забвения. Как только служанка обмякла, он отнес её на кровать и вернулся к двери, за которой снова послышались шаги. Но этот стражник не дал себя застать врасплох.
Когда его втащили в комнату, он успел поставить блок, не давая стилету вонзиться в ребра. Эйден знал, что в Черных десятках служат только лучшие бойцы, поэтому был готов к любой неожиданности. Однако стражник не стал кричать и звать подмогу. Вместо этого он скрипнул зубами, выхватил собственный нож, понимая, что мечом орудовать в комнате неудобно, и бросился в атаку на убийцу в белой маске.
Эйден с легкостью ушел в сторону от двух размашистых ударов и, пригнувшись, резанул по незащищенной ноге. Яд, которым был смазан стилет, начал действовать моментально. Нога подогнулась, и стражник рухнул на пол. Он удивленно открыл рот и всхлипнул, когда стилет убийцы вонзился в грудь. Боли не было. Удар милосердия был нанесен безупречно.
Убрав отсеченную плоть в мешочек, Эйден спрятал тело под кроватью и задумчиво посмотрел на спящую служанку. Нет, убивать её он точно бы не стал, но после глубокого сна девицу ждет неприятное пробуждение. Вздохнув, он вытер лезвие стилета, убрал его в ножны и покинул комнату. Вспоминать совершенные ошибки он будет позже. Сейчас необходимо сосредоточиться на главной цели.
Путь до покоев Бронвен прошел без лишних происшествий. Эйден ловко прятался, услышав шаги слуг, и покидал укрытие, как только слуги удалялись. Дважды ему пришлось взобраться под потолок и лишь чудом его никто не увидел. Видимо в этом доме слугам запрещенно было поднимать глаза.
Служанка не солгала. Покои хозяйки дворца охраняли и как только Эйден увидел стража, то сразу понял, что пробраться по-тихому не получится. У резных дверей из черного дуба стоял огромный эмпеец. Высокий, с длинными мускулистыми руками и мощной грудью. Ноги в обхвате, как средней толщины деревце. В ножнах два внушительных гастанских серпа – изогнутые, с кольцом для указательного пальца. Рожа убийцы и взгляд убийцы. Впрочем, если Гвоздь не соврал и Бронвен действительно выкупила эмпейца с ям Боли, то иного ожидать не стоило. В ямах Боли выжить могли только звери. Однако Эйден не спешил нападать.
Сначала он привычно изучил ситуацию со всех сторон. «Черные глаза Тоса» здесь бессильны. Открытой жаровни нет. Только масляные лампы под стеклянными колпаками. Отравить гиганта тоже не получится. У Эйдена не было времени, чтобы ждать, пока стражу принесут еду. Оставался только честный бой, но и тут радости было мало. Шум наверняка услышит и Бронвен, и Черные десятки, а значит придется залить поместье кровью. Эйден поморщился, когда понял, что ему нравится этот вариант. Он не мог ему противиться и понимал, что это единственный выход. Либо умрет он, либо сдохнут все, кто попытается встать у него на пути. Других вариантов не было. Стилет покинул ножны и укусил ладонь холодком, словно подталкивая. Но в этом не было нужды. Эйден понимал, что ему предстоит сделать и сделал это. Покинул укрытие и вышел в коридор.
