Тройняшек внешне было не отличить, да и к тому же все трое стали музыкантами. Их различали только по тому, на каком инструменте играл каждый из них (скрипка, виолончель и флейта). Однажды их любимые музыкальные инструменты, к несчастью, были похищены, и с тех пор все изменилось… Я часто включаю какую-нибудь знакомую музыку во время работы, чтобы ее мелодия сопровождала меня на протяжении долгих часов творчества. Как-то раз я слушала «Времена года» Вивальди, и перед моими глазами возникали сцены смен времен года. Я будто бы ловила ртом снежинки и ощущала зимнюю прохладу, а потом она вдруг сменялась запахом речной воды, выплеснувшейся на травянистые берега жарким летом. Увидев оранжевый осенний закат, я сразу же заметила разноцветных весенних бабочек, порхающих повсюду в зелени просыпающейся природы… И тогда нарисовала первый рисунок «Три музыканта». В тот момент я сделала это просто, чтобы развлечься, – по зову сердца. Дальше начала медленно вырисовываться смутная сюжетная линия, со временем она становилась все отчетливее и яснее. Всевозможные детали, завязка и кульминация тоже родились сами собой. Я переработала последовательность эпизодов и переписала историю так, чтобы у нее была четкая и прочная структура. При этом параллельно рисовала небольшие эскизы (то есть, по сути, делала раскадровку), несколько раз пересматривая и сопоставляя их с текстом, и, наконец, дошла до финальной стадии раскрашивания.
Мой маячок по жизни – короткий рассказ Лу Синя
«Мыло»[28] Лу Синя – это короткий рассказ, где сюжет строится вокруг главных героев, но повествование ведется от третьего лица. В центре событий ссора между мужем и женой из-за недоразумения по поводу небольшого происшествия. Читать довольно интересно. У меня лично было ощущение, что нечто подобное я проходила в детстве. Мне мало что было известно о взрослом мире, да и откуда? Родители ведь тоже люди, у всех бывают разногласия и недоразумения в паре. Так мне пришла в голову идея переписать историю Лу Синя. Разница лишь в том, что я всегда пишу от первого лица, чтобы сделать рассказ более драматичным, а чувства героя – знакомыми читателю. В моем варианте мы наблюдаем за крупной ссорой взрослых родителей-лис глазами их сына-лисенка, который ума не может приложить, что происходит. Я решила сделать персонажей животными, чтобы маленьким читателям было проще принять и понять их чувства. Так дети не откажутся читать рассказ из-за чувства отчуждения, возникающего, когда содержание совсем тебе не близко. Мои герои просто «одеты» в костюмы животных, не имеют возраста и национальности, поэтому читатели не смогут оценить историю с «цветной» точки зрения. Таким образом, печальное недоразумение теряет свой накал и воспринимается гораздо проще.
Бывало, сын в детстве выводил меня из себя
Мой сын рос в среде, где говорили сразу на двух языках, но прогресс в английском и китайском у него был довольно медленным. Дети в два-три года с чужими людьми застенчивы, а с близкими ведут себя безобразно. Мать хоть и любит дитя, но она тоже человек, и иногда невозможно избежать ситуаций, когда уже просто пар из ушей идет от злости. В такие моменты сын часто называл меня «мамстер» (англ. momster). Он имел в виду, конечно же, «монстр» (англ. monster), но поскольку был еще слишком маленьким, соединил слова «мама» (англ. mom) и «монстр» (англ. monster). Это вдохновило меня на написание книги «На кухне живет мамстер». Потом благодаря нескончаемому потоку идей мне в голову пришло еще одно название – «Dadvil на моем столе» (слово образовано от Dad и devil), потому что сын постоянно дрался с отцом за пульт от телевизора или за компьютерную мышь. Их ссоры напоминали мне потасовки между братьями. Дьявол и монстр у меня вовсе не страшные: один очень властный, требовательный и активный, а другой – игривый, веселый и озорной. В конце истории momster и dadvil раскрывают свои истинные сущности родителей, которые любят ребенка всем сердцем.
Поэтому, как бы дети ни устали от бесконечных наставлений и поучений родителей, дочитав мою книгу, они, скорее всего, решат, что герои действуют прямо как их собственные мама и папа, но в итоге им будет легко понять и принять таких персонажей.
В США слова и выражения можно придумывать самостоятельно. Как только новое слово становится употребляемым и его использует все больше и больше людей, язык «принимает» его, и таким образом появляется уже самостоятельная лексическая единица. Именно поэтому в детских книгах встречается огромное количество авторских словечек. В основном они появляются для более характерного звукоподражания или для описания действий, чтобы придать пикантности рассказам и сделать произведение более «вкусным».
Жил на свете мальчик по имени Сяньсянь, и ему так многое в этой жизни не нравилось…
