Мирослав пошёл по следу, который вскоре привёл его на поляну к запущенного вида избушке. Он тут же призвал облачение охотника и слился с окружением.
«Надо же. Им даже удалось найти себе убежище. Похоже, здесь когда-то была хижина травника. Но место давно покинуто. Повезло гадам.»
Юноша применил технику взора. Пять человек. Трое стоят. Один сидит. Один лежит на полу.
«Скорее всего, на полу Голуба. Но может так статься, что она сидит. Если атаковать через стену, то стоит бить по стоящим.»
Юноша вскинул лук, но не стал натягивать тетиву.
«Нет. Когда первого раню, другие могут навредить Голубе. Стоит их выманить. Для начала послушаю, что там вообще происходит.»
Мирослав применил технику пляски и бесшумно подкрался к избушке, после чего прислушался.
— Ну что, можно уходить? — спросил один голос, — Они попаникуют, но рано или поздно найдут её тут.
— Ещё чего! Это только начало, — ответил другой, — Я покажу этим бориславцам их место! Мы их так проучим, вовек не забудут!
Мирослав скрежетнул зубами, но продолжил слушать.
— Если эти жалкие ничтожества хотят получить её обратно одним куском, то будут лизать мои сапоги и молить о милости. Особенно этот, рыжий. Я ему глаза вырву за то, что посмел на меня так смотреть!
— Постой, Военег, — заговорил ещё один, — Это уже перебор. Мы не так договаривались.
— Воооот как заговорили, — зло процедил Военег, — Когда я предлагал их проучить, так вы все жаждали их унизить посильнее. Но когда дошло до дела, то сразу струсили?
— У нас могут быть проблемы из-за этого. Мы сейчас не дома, — сказал третий.
— И что? Все эти «защитнички» живут на поддержку от нашего княжества. Максимум, что они могут — выгнать нас. Не велика беда, мне всё равно тут не нравится.
— Вот-вот! Какие же вы трусы, — четвёртый голос встал на сторону Военега, — Готовы предать сына вашего князя ради того, чтобы не получить нагоняй! А ещё команда!
— Да почему сразу предать? Просто есть границы…
— Это они пересекли границу, когда посмели замарать мою честь! — взревел Военег, — Ясно тебе, Боян?
— Да…
— А тебе, Любогост?
— Мы всё поняли. Что конкретно ты хочешь сделать? — спросил Любогост.
— Показать им их место. Начнём с того, что девку попользуем. Она, конечно, наверняка уже не первой свежести, как и все бориславки. Но главное — это послание! К тому же так вы больше не сможете попытаться остановиться. Считайте это обрядом братания.
— Но…
— Боян, ты испытываешь судьбу! — рявкнул Военег, — Одно моё слово и твоя семья лишится всего! Ты этого хочешь?
«С меня хватит. Всё, что надо, я уже понял.»
Юноша скрылся в кустах, надел огненную рубаху и крикнул.
— Эй, плесень, на выход, если жить охота!
Все четверо выбежали наружу и принялись оглядываться.
— Кто здесь? Покажись, трус! — тут же воскликнул Военег.
— Не тебе, плесень, говорить о трусости, — ответил Мирослав.
Он принялся кружить вокруг поляны, сливаясь с окружением с помощью облачения охотника.
— Я даю вам ровно один шанс. Уходите прочь и останетесь целы. Будем считать это очень глупой юношеской шалостью. Я слышал весь ваш разговор, так что оставшихся щадить не стану.
— Ты тут явно один, — расправил плечи Военег и воздел кулак в небо, — А значит, только грозиться и горазд! Выходи и мы тебя отделаем!
Мирослав резко остановился, натянул лук и выстрелил. Стрела прошила руку юноши насквозь. Отсечённые указательный и средний пальцы упали в траву.
— Ааааа… Тварь!
Велиреченский княжич ухватился за раненую руку.
— Военег, давай уйдём! — обратился к нему Боян, — Это добром не кончится!
— Уйдём? Выродок, сделавший это, должен умереть! — завопил княжич.
Преодолев боль, он выпрямился и потянулся к кошелю. Его тело тут же покрыл доспех. Любогост было начал вставать в боевую стойку, как стрела пробила его плечо. Четвёртый, имени которого Мирослав узнать не успел, к его удивлению, побежал прочь первый. Следом рванул Боян.
— Мы так не договаривались!
Любогост было собрался последовать за остальными, когда удар булавы по затылку проломил ему голову. Юноша повалился на землю.
— Грязные предатели! Вы все поплатитесь! — он развернулся и побежал к избе, — Но сначала я прикончу девку, чтобы знали, как шутить с велиреченцами!
Мирослав покинул укрытие и стремительно рванул следом, доставая щит. Военег резко развернулся и швырнул в него своё умение.
— Рассекатель!
Мирослав отразил его парящим щитом и тут же замедлился сам, чтобы выстрелить в противника из лука. Тот замешкался и не успел уклониться, но стрела лишь царапнула нагрудник, не причинив вреда. Мирослав сменил облачение.
— Пронзающая волна!
Военег, окружённый конусом из вращающейся воды, устремился навстречу Мирославу. Юноша же вместо привычного уклонения выхватил меч, продолжая в левой держать кнут. Ударом клинка он рассёк вихрь надвое, разрушив целостность умения врага. Тот попытался ударить булавой, но Мирослав отразил его удар парящим щитом, а после захлестнул кнутом вокруг шеи. Юноша повалил Военега на землю, после чего принялся душить.
