Юноша наконец смог войти в избу. Там лежала связанная Голуба. Осмотрев её техникой взора, Мирослав понял, что девушку опоили чем-то усыпляющим. Он срезал верёвки, после смешал очищающий состав, который сможет привести её в чувство и выведет гадость из крови, а после влил его Голубе в рот.
Мирослав поднял соученицу на руки и покинул избу, после чего ушёл с поляны, не оглядываясь. Когда они подошли к стене, Голуба начала приходить в себя. Она сонно обхватила шею юноши и прижалась лицом к его груди.
— Папа… — пробормотала она.
Мирослав дождался, пока патрульный пройдёт подальше, а после перемахнул через стену и направился к постоялому двору. Когда они почти дошли, Голуба наконец очнулась. Увидев в каком положении находится, она покраснела и убрала руки.
— Можешь меня отпустить, я дойду дальше сама.
Мирослав покачал головой.
— Уж поверь мне, тебе кажется. Стоит встать, как ноги подкосятся. Тебя опоили чем-то весьма крепким, раз только сейчас очнулась после моего очищающего состава.
— Ладно… Спасибо… За всё…
— Ты что-то помнишь?
— Вообще-то всё… — тихо сказала девушка, — Это было так странно, я словно спала, но наяву. Всё слышала и чувствовала, но пошевелиться не могла.
«Изощрённо… Какие злобные твари…»
— Значит, и слова этих уродцев тоже?
— Да… Было так страшно. Больше всего от беспомощности. Никогда такого ужаса не испытывала.
— Всё позади, — сказал Мирослав, — К сожалению, не могу сказать, что они наказаны по достоинству.
— По крайней мере, мы сами уцелели. Я перед тобой в неоплатном долгу!
— Хорошенько постарайся на турнире, этого хватит.
— А что потом?
— Когда?
— После турнира. Какие у тебя планы?
— Пока не уверен, — уклончиво ответил Мирослав.
— Я вот хочу отправиться исследовать земли за Барьером. В былые времена всё делалось на века. Наверняка там должны были уцелеть какие-то из зданий и книги в нём. Представляешь, сколько секретов таится там?
— Для этого тебе придётся стать намного сильнее, — улыбнулся юноша, — Кому-то вроде нас нынешних там не выжить.
— Мне, может, и нет, а вот ты наверняка нашёл бы способ! — улыбнулась ему Голуба, — Ты напоминаешь мне отца. Такой же сильный, надёжный и находчивый. Уверена, если бы мы отправились вместе, то наверняка дошли бы до самой Белокаменной!
— Ну я максимум на старшего брата тебе тяну, — ответил Мирослав, — Но в любом случае — пока хвостов с восемь не получишь, даже и не думай.
«Даже мне туда лучше не соваться хвостов до шести. Слишком много неизведанного по ту сторону Барьера.»
— Ладно, братец Дарён, как скажешь! — широко улыбнулась Голуба.
У входа на постоялый двор их встретил Брячислав.
— Да я… Да мы… Да все… А вы тут!
Юноша так спешил выразить свой гнев, что аж в словах начал путаться, но всё же смог сформулировать короткую и внятную мысль:
— Вы! Предатели!
Мирослав и Голуба почти синхронно посмотрели на Брячислава с недоумением.
— Ты во время поиска головой не бился? — спросил юноша, — Что ты несёшь?
— Да-да, конечно! Продолжайте делать вид, что ничего не происходит! Будто я слепой! — завопил юноша, — Если уж у вас любовь такая, то могли бы об этом прямо сказать! Я бы хоть не надеялся ни на что! Зачем вот так-то всё делать?
— Бряч…
Тот не дал Голубе вставить ни слова и, резко развернувшись, побежал прочь.
— Как дитё малое… — вздохнул Мирослав.
— Я даже не знаю, что сказать…
Мирослав уложил Голубу спать и нашёл наставника, всё ещё рыскающего по городу. По пути к коменданту юноша пересказал наставнику события, произошедшие в лесу.
— Ах вы твари… — Зубр сжал кулаки до хруста, — Да я их сам сейчас пойду закопаю!
Юноша успокаивающе положил ладонь на толстенное предплечье наставника.
— Позаботьтесь лучше о том, чтобы их вышвырнули из Твердыни. Пока этого будет достаточно. Я успел вовремя, так что нет нужды устраивать кровопролитие. Иначе и тренировка сорвётся, и наше участие в турнире может встать под вопрос, а там того и гляди, вообще, война начнётся между княжествами.
«Хотя мне и самому было тяжело оставить всё так… Подонки…»
— Да… Ты прав… — наставник тяжёло вздохнул, — Нельзя позволять эмоциям управлять нами. Ты иди отдыхай, а я займусь всем остальным.
— Да… Отдохнуть не помешает…
Мирослав вернулся в свою комнату, но вместо того, чтобы спать, разложил свою походную лабораторию.
«Там в лесу я блефовал, ведь преимущественно пользуюсь алхимией для мирных целей. Так учил Зеломир, мой первый учитель алхимии. В такой путь верил Хотен, который поделился со мной наследием своего учителя. Лечить, защищать, помогать в совершенствовании. Такой мы всегда считали цель этого искусства. Да и сам я с пренебрежением относился к ядам и прочим вредоносным снадобьям, считая их оружием подлецов и слабаков. Подумать только, ведь тот ослепляющий порошок, который позволил прикончить Светозара, я даже и делать изначально не хотел.»
Погружённый в размышления он попутно начал изготовление сразу нескольких составов, машинально контролируя процесс.
