– Но есть и другие доказательства, – возразил Кайнс. – Мои исследования пойманного нами образца позволяют предположить, что черви имеют весьма интересное биологическое родство. Вообще же об открытой пустыне очень трудно составить верное и адекватное представление. Гусеничные трактора, самолеты, вообще все суда и средства транспорта, какие мы отправляли в пустыню, не имеют шансов уцелеть, если не могут быстро вернуться обратно. Единственная надежда – спасательные партии… и то все надо сделать очень быстро, если только людям не удалось зацепиться за какую-нибудь выступающую из песка скалу. Существует даже статистически обоснованное число смертей в песках в течение года.
– А, опять эта статистика, – пробормотала она. – Значит, вокруг один вездесущий песок, а вы говорите о превращении планеты в рай.
– Но, миледи, при достаточном количестве воды и…
Дверь за спиной Кайнса с грохотом распахнулась. Послышались неистовые крики, лязг железа, показались восковые гримасничающие лица. Джессика вскочила на ноги и столкнулась взглядом с налитыми кровью глазами Айдахо. Отовсюду к нему тянулись какие-то когтистые лапы, в воздухе, сливаясь в сплошное мелькание, свистели смертоносные клинки. Она увидела и Пола, крадущегося вслед за Айдахо… Из дула станнера вырвалось оранжевое пламя. Пол держал в руке маленький кинжал с отравленным лезвием и угрожал им людям, протягивавшим когтистые лапы к нему и к Айдахо.
В темноте пещеры Джессика с особой остротой ощущала свою жизнь как струйку песка, все быстрее текущую в песочных часах. Осветительные стрелы закончились, и теперь она могла ориентироваться только на ощупь, по горизонтальной трещине в каменной стене. Трещина эта сообщалась с внешним миром, который давал знать о себе завыванием бушевавшей где-то над головой бури и песком, сыпавшимся на протянутую ладонь. Она пыталась вызвать образ света из глубин памяти, но натыкалась лишь на черную пустоту.
– Что это? – спросил Пол. – Где мы?
– Это конец туннеля, – ответила она. Она старалась говорить спокойно, это вселяло в нее мужество. – Ты видел ту последнюю стрелу?
– На ней был какой-то знак, – сказал он. – Что он означает?
– Квадрат в квадрате, – ответила Джессика. – Это означает «конец пути». Это символ Бинэ Гессерит. – Она сама теперь удивилась тайне этого знака. Как мог Кайнс или кто там еще заранее поместить здесь символ Бинэ Гессерит? Конец, который одновременно есть начало.
– Что ты чувствуешь, когда ставишь вперед ногу? – спросил Пол.
– Я чувствую, что земля как будто уходит из-под ног, – ответила она. – Такое чувство, что пола нет. Нам придется ждать до рассвета, чтобы здесь хоть чуть-чуть посветлело.
– Я чувствую, как летит песок. У меня в носу полно пыли.
– Если бы у нас были щиты… Знаешь, я очень возмущена тем, что Айдахо не отдал тебе свой щит.
Бум, бум, бум, бум.
В темноте раздавался этот трепещущий звук, доносившийся непонятно откуда. Джессика застыла в неподвижности и только протянула вперед руку, чтобы схватить сына за плечо. Когти ужаса беспощадно царапали нервы.
– Что это? – прошептал Пол.
Чии-ууф! – донеслось откуда-то из чернильного мрака.
– Наверное, это просто воет ветер, – сказала она. – Успокойся и прислушайся.
Момент ожидания был до предела насыщен движением. Каждый звук имел свое особое измерение. Они были едва заметны – эти ничтожные, крошечные движения. Понимание вдруг затопило Джессику, сжало страх до вполне осязаемых размеров. Неровный пульс успокоился, сердце стало биться ровно, отстукивая неумолимое время. Усилием воли она приказала себе успокоиться.
– Это какие-то зверьки или птички, – сказала она. – Они здесь везде, и мы пугаем их.
Она сама только теперь поняла, что эта пещера может служить животным пустыни убежищем от песчаных бурь.
– Но что это был за звук – он ведь совсем другой? – спросил Пол.
– Я не знаю, – ответила она. – Что бы то ни было… оно находится где-то там… снаружи и далеко.
Она почувствовала, как Пол пошевелился под ее рукой. Главной надеждой ее сына было раствориться среди людей, принять защитную окраску, слиться с ними. Но сначала этих людей предстояло найти.
– Я нащупал в стене какую-то рукоятку, – прошептал он.
– Осторожно. – С этими словами она провела ладонью по руке сына, нащупала его пальцы и одновременно ощутила холод металла. Стержень, вставленный в вертикальную щель. Он был поднят к верхнему краю щели.
– Похоже на гидравлический замок, – сказал Пол. – Такие замки ставят на кораблях для герметизации люков.
Она не спеша потянула рычаг вниз.
Со скрипом впереди открылся просвет – как опрокинутый вертикально прямой угол.
– Это дверь, – прошептал Пол.
– Тс-с, осторожно.
