В субботу я проснулась весьма рано, к своему удивлению. На улице было тепло и солнечно, и просиживать такой день в четырех стенах мне показалось кощунством. Зная, что Веня уехал к родителям, и что он не сможет скрасить мне уикенд, я решила воплотить в жизнь свою давнюю идею, а именно – посетить зоопарк. Но смысл был не просто в посещении этого места, а в том, чтобы сознательно вытащить себя куда-нибудь на прогулку. Туда, где люди, общество, но в то же время наслаждаться уединением самой с собой. Я где-то читала, что это неплохой способ отдохнуть и получить радость от общения с самым главным человеком – твоим «я». Поэтому я собралась, привела себя в порядок, и через час уже входила в красивые ворота «Центрального зоопарка». В моих ушах играла музыка, я радовалась уже теплым солнечным лучам и, не торопясь, шла вдоль широких просторных вольеров, сжимая в руке брошюру с картой зоопарка. Это был целый город, в котором без труда можно было заблудиться. Благо, тут и там были таблички и указатели с надписями, где и какие животные находятся поблизости, и в какую сторону двигаться к выходу.
Я прошла почти треть зоопарка, когда мое внимание привлекло скопление народа у одного из вольеров. Я подошла поближе и увидела, что это клетка с медведями. А через пару мгновений стало ясно, что именно вызвало такой ажиотаж публики – бурый мишка лежал на спине и, смешно раскинув задние лапы, передними сжимал футбольный мяч, при этом пытаясь вгрызться в него зубами. Это было действительно мило, и многие весь этот процесс игры снимали на видео и фотографировали. Я невольно улыбнулась, наблюдая за играющим медведем. Даже только ради этого стоило прийти сюда.
Вдоволь налюбовавшись большим мишкой с мячом, я развернулась, чтобы пойти дальше, но на моем пути неожиданно возникло препятствие в виде «живой стены». Людей вокруг стало еще больше с момента, как я подошла к вольеру. Я повернулась и, глядя под ноги, чтобы не наступить и не отдавить кому-нибудь ступню, начала продвигаться вперед. Буквально через мгновение я врезалась в женщину. Подняв глаза, я несколько раз моргнула, пытаясь понять, не сошла ли я окончательно с ума и не мерещиться ли мне то, что я вижу.
С таким же растерянным и крайне удивленным лицом передо мной стояла… Ирина Викторовна. Мы молча смотрели друг на друга, наверное, около минуты, пока я не услышала чей-то голос:
– Мам?
Я опустила глаза чуть ниже и увидела рядом с ней мальчика лет десяти. У него, как и у нее, были соломенного цвета волосы и карие глаза. Только чуть темнее. Наконец, я справилась с первым шоком и, вытащив наушники, проговорила:
– Добрый день.
– Эм… Здравствуйте, Марина, – ответила она, еще раз моргнув, окончательно прогоняя тот ступор, в котором мы пребывали до этого обе. – Не ожидала вас здесь встретить.
– Да. Я тоже. Гуляете? – очень умный вопрос.
– Да. Вот… Это… Это Марат – мой сын. Марат, это Марина Александровна, моя коллега.
– Очень приятно, – мальчик протянул мне руку, шагнув вперед.
– Взаимно, Марат. Можно просто Марина. И на «ты».
Я пожала его руку, слегка улыбаясь. У него были очень умные глаза и довольно серьезный вид.
– Что ты слушаешь? – неожиданно спросил он, показывая на наушники.
Я просто протянула ему одно «ухо», которое он послушно взял. Через пару мгновений его лицо вытянулось. Он посмотрел на меня так, будто я была каким-то супергероем.
– Ты любишь «Марсов»? – я думала, у него глаза на лоб полезут.
– А кто их не любит? – усмехнулась я.
– Мама, – он слегка кивнул в сторону Ирины Викторовны.
– В самом деле? – я подняла бровь и тоже посмотрела на женщину.
– Кого? – она нахмурилась, абсолютно не понимая, о чем мы с ним говорим.
– Группа. «Марсы». «Thirty Seconds to Mars», – ответила я. Поняв, что это информация ей не помогла, я попробовала еще раз. – Джаред Лето. Нет?
Она покачала головой, а Марат рассмеялся:
– Она такое не слушает. В ее магнитоле в машине играет только что-то типа «Ретро-фм».
– Там тоже иногда бывает неплохая музыка, – улыбнулась я. – И давно ты увлекаешься «Марсами»?
– Года полтора.
– А сколько тебе лет?
– Уже одиннадцать.
– О, совсем большой.
– Да. Я сам переводил их песни. Поэтому я лучший в нашей группе по английскому, – гордо сказал он.
– Марат, хвастаться нехорошо, – сказала Ирина и положила руку на плечо мальчику.
– Мама, я не хвастаюсь. Я же не придумал это. Это правда, значит, я имею право об этом сказать.
– С ним не поспоришь, – усмехнулась я.
– Да уж, – женщина закатила глаза, – вот такие дискуссии у нас постоянно.
– А ты здесь с кем? – спросил Марат, не вынимая наушника.
– Ни с кем. Одна.
– Пойдем с нами. Мы недавно пришли.
– Марат, у Марины, наверняка, есть дела поважнее, – попыталась запротестовать Ирина Викторовна, но я ее остановила.
– На самом деле, нет. Я с удовольствием составлю вам компанию. Если вы не против.
Они переглянулись, и Ирина Викторовна снова посмотрела на меня:
– Мы не против.
– Отлично, тогда пойдемте.