— Я думал, ты наоборот, орать на меня будешь. Я же вижу, тебя всё это здорово выбесило.
— Разве я когда-то орала? Это же ты тут у нас любитель повопить, — шепнула та эротично, красноречивым взглядом дав понять, что она имеет в виду.
— Эй, что было в виртуалке — то остаётся в виртуалке, такое у нас провалило? — неловко засмеялся Энди, покраснев.
— Тебе не нравится, когда я говорю об этом? — полюбопытствовала она, не спуская с него многозначительного взгляда.
— Да нет, наоборот. У меня от одних твоих слов эрекция, как у подростка, впервые увидевшего порнуху, — глупо хихикнул он. — Но ты ведь не думаешь, что этот запрещенный приёмчик заставит меня мгновенно забыть обо всём и отправиться с тобой на новый забег? Это всё-таки серьёзный разговор, Акеми. Я понимаю, что он тебе неприятен. Чувствую, что моя затея может не понравиться твоим боссам из «Сайбрекса». Но я…
Он сам не заметил, когда она успела подплыть к нему — грациозно и неслышно, как призрак.
— Да хватит уже об этом, — шепнула она. — Всё равно ты сделаешь всё по-своему. Да, меня это в тебе бесит. Но некоторые вещи могут бесить и возбуждать одновременно.
— Я… — начал было он, но со словами «т-с-с» она положила пальчик правой руки ему на губы а другую руку — запустила в волосы на затылке.
— Я хочу, чтоб ты поцеловал меня. В реале, своими собственными губами, — прошептала она тихо.
Акеми действовала продуманно и хладнокровно. Вот уже несколько минут, как все аспекты плана были ею окончательно определены и разложены по полочкам. Вместо реального изображения с камер наблюдения, установленных в этой секции, на сервер службы безопасности уже начала поступать качественная подделка (благо, этот идиот не заметил, что именно она делала, пока он толкал свою бестолковую речь). Такая же «липа», вместо реального изображения с её нейрооптики, сохранялась и в хранилище данных в её собственной нейросети. Ещё одна хитромудрая программа полностью заблокировала все сигналы, которые могли исходить из этого помещения во внешний мир (например, автоматическую передачу резервных копий данных из нейропроцессора Энди в «облако», если он пользовался этой функцией).
Сделав вид, что собирается прильнуть к Энди в поцелуе (болван принял это за чистую монету и даже заплющил глаза в предвкушении, словно спящая красавица), она выверенным движением вонзила в нейропорт за правым ухом парня шнур — тоненький и твёрдый, как игла для акупунктуры. Вирус, запущенный в его нейросеть, спалит её полностью, не оставив никаких следов. Уже в следующую долю секунды она обвила его, как питон, и очень сильно надавила пальцами на нужные точки в задней нижней части головы. К счастью для неё, Энди был болезненным хлюпиком, с которым не пришлось возиться. Он успел лишь удивлённо хрипнуть и конвульсивно дёрнуться, прежде чем обмякнуть без сознания.
Предстояло ещё очень многое. Для начала — нужно было незаметно затащить его в тот безлюдный технический отсек, где он часто прохлаждался. Благо, в невесомости возня с бездыханным телом значительно упрощалась, а избежать случайных встреч и записи её перемещения камерами видеонаблюдения ей поможет доступ к системам станционной службы безопасности. Затем — требовалось спровоцировать разгерметизацию. У неё хватит навыков быстро провести такую простую диверсию, не оставив следов взлома. Нужно было сфальсифицировать данные с её навигационного маячка, дабы он не выдал её грядущих перемещений. К счастью, в службе безопасности станции есть надёжные люди, которые ей помогут. Наконец, ей необходимо будет сохранять абсолютное самообладание во время последующих долгих разбирательств и расследований. Вот уж что было дано ей от рождения — так это самообладание. То обстоятельство, что во главе корпоративной службы безопасности «Терра Новы» стоял Джиро Маруяма из «Shinobi», беззаветно преданный семье Хаттори и посвященный во многие тайны Иошинори — упрощало задачу.
Её затея всё равно была слишком рискованной. Потребуется превосходное исполнение и толика удачи, чтобы это сработало и никто ничего не заподозрил. Было в этом экстренном манёвре что-то отчаянное и безумное, несвойственное серьёзным проектам и хорошо спланированным операциям. Иошинори будет крайне недоволен тем, как всё усложнилось.
Но на кону стояло слишком многое, чтобы идти на попятную. Даже если ей придётся пожертвовать собой, выдав свои действия за безумный поступок женщины, спятившей на почве ревности либо других проблем в отношениях с мужчиной — это всё же лучше, чем если бы были нарушены все планы организации, в которые вложено столько усилий, ресурсов и надежд.
