— Наш искусственный интеллект, «Афина», будет играть основную роль в управлении кораблём. Это искин новейшего поколения производства компании «Cybrex», ядром которого является единственный в своём роде квантовый компьютер «Zeta-IV». «Афина» может оперировать объёмами данных, которые исчисляются зеттабайтами и эффективно контролировать миллиарды процессов одновременно. Функции экипажа будут ограничиваться контролем за корректной работой систем на этапе старта и на этапе торможения. В этом отношении наш корабль будет очень похож на «Пионер». Так что этот отсек — один из наиболее важных на корабле. Без любого из членов экипажа корабль смог бы достичь своей цели. Но без «Афины» — он был бы слеп, глух и беспомощен.
— В СМИ — всё больше диковинных домыслов относительно искина, который управлял «Пионером» — «Лиама». Набирает популярность версия о том, что он вышел из строя и перестал передавать сообщения из-за обретения им, за время полёта, самосознания. Известно, что твоя мама была разработчицей «Лиама». Я просто обязана спросить…
— Разумеется, я знаю об этих слухах, Саманта. Я могу лишь сказать, что и мы, и много других исследовательских институтов во всём мире тщательно изучали контент всех сообщений, которые были получены от «Лиама». С нашей стороны вопрос был проработан ведущими специалистами по ИИ в мире, которых нам выделила корпорация «Cybrex». Явных признаков того, о чём ты говоришь, специалисты не обнаружили. Мы должны понимать, что вокруг таких тем всегда образуются конспирологические теории. Синтетофобские движения на Земле очень сильны ещё с середины прошлого века. Многие люди не доверяют и боятся искинов. Такая атмосфера создаёт благодатную почву для конспирологических теорий.
— Вы, как я понимаю, не относитесь к синтетофобам?
— Я считаю, что очень многие технологии могут быть опасны в неумелых руках или в руках негодяев. Ядерная, термоядерная, аннигиляционная энергия — это не добро и не зло. Оружием или источником прогресса их делают поступки людей. То же самое я думаю и об искусственном интеллекте. Он предоставляет человечеству колоссальные возможности, от которых глупо отворачиваться. Мы должны быть осторожны, этичны и рассудительны, когда пользуемся этими возможностями. И тогда технологии будут приносить пользу, а не вред.
— Ходят слухи, что звездолёт «Прорыв» вообще не будет управляться искином. Может быть, ваши коллеги из проекта «Синьцзы» пришли к иным выводам по этому вопросу, нежели вы?
Даже раньше, чем Саманта закончила вопрос, «Афина» предупредила Сашу всплывающей подсказкой в дополненной реальности, что к ответу на него стоит подойти осторожно.
Новая коммуникационная политика «Терра Новы» предписывала избегать публичной критики конкурентов. Это стало одним из немногих реальных плодов миротворческих усилий ООН. Неписаное «джентльменское соглашение» не запрещало «мочить» конкурентов через подконтрольные СМИ, вбрасывать в отношении них компромат в информационное пространство и использовать любые другие подлые приёмчики и из богатого арсенала «чёрного пиара». Но в официальных выступлениях представителей компаний было принято выражаться сдержанно.
— Наши коллеги из проекта «Синьцзы» не очень склонны делать информацию о своём корабле достоянием общественности. Поэтому я не готова комментировать этот вопрос. Скажу лишь, что мы полагаемся на «Афину», и весьма благодарны ей за то, что нам не придётся состариться за время перелёта. Кстати, вот мы и подошли к довольно интересной теме. Готова продвигаться в отсек криосна?
— С радостью. Пошли!
Следующий отсек был одним из самых впечатляющих на корабле. Уж точно — самым большим. Практически все видимые поверхности представляли собой многоярусные штабеля из продолговатых закрывающихся ячеек, каждая из которых была предназначена для компактного размещения одного члена экспедиции, погруженного в состояние криосна. Саша поморщилась при мысли о тех перестановках, которые предстоит здесь совершить в связи с последними решениями правления.
— Вау! — протянула Саманта, с интересом озираясь в отсеке (её голос вызвал сильное эхо), а затем — слегка поёжилась. — Но, если честно, у меня от этого места мурашки по коже.
Она не стала говорить этого, но отсек криосна очень сильно напоминал морг. Это сходство замечали многие, но на эту тему как-то не принято было шутить. Главным образом — потому, что он имел весьма большие шансы на самом деле сделаться моргом, если хотя бы что-то пойдёт не так во время полёта.
Зная, что тема криосна традиционно сильно интересует поклонников проекта, Саша решила провести краткую лекцию.
