— Было бы в нём столько же ценности, сколько секретности! — фыркнула Мари. — Не к Эмме претензии, разумеется, и к её ребятам. Они-то молодцы. Но против фактов не попрёшь. Фигурально выражаясь, мы с вами идём охотиться на тигров, вооруженные парой зубочисток. На Земле-2 нам встретятся множество смертельно опасных микроорганизмов, многоклеточных, одноклеточных и неклеточных. Многих из них мы до сих пор затрудняемся даже классифицировать. Мы остерегаемся называть их «вирусами», «бактериями», «грибами» и другими знакомыми нам терминами, потому что известные нам таксономические единицы могут быть неприменимы к биоте Земли-2, которая эволюционировала совершенно иначе. О некоторых организмах мы могли не получить вообще никаких данных от «Лиама», либо получили только поверхностные. У некоторых — генетический код слишком сложен и не был расшифрован «Лиамом», либо мы не смогли воссоздать их в лаборатории. Короче говоря — мы знаем о тамошней микробиоте крайне мало. Люди никогда не взаимодействовали с этими микроорганизмами. А микроорганизмы — с людьми. Но микроорганизмы обладают гораздо лучшими адаптивными свойствами. Как показали эксперименты на высших приматах на станции «Эмерсон» — тамошняя биота, которую мы воспроизвели, быстро приспосабливается к новым хозяевам. Она часто ведёт себя весьма агрессивно. А организму хозяев не удаётся дать эффективный иммунный ответ. Это было ожидаемо. Иммунная система формируется на протяжении десятков, а иногда и сотен поколений, что в случае с высшими животными означает тысячи лет. Поскольку мы, разумеется, не можем наследовать пример нацистских учёных и экспериментировать на людях — мы понятия не имеем, какие заболевания будут развиваться у людей под воздействием этих организмов. Будут ли они похожи на заболевания, которые мы наблюдаем в лаборатории у шимпанзе? Может быть. И если так, то наши дела довольно плохи, между нами говоря. Но вовсе не факт, что это будет именно так. Не зная этого точно — мы не можем работать над изобретением вакцин и специфических лекарств.
— Но ведь есть и хорошие новости, — наполовину утвердительно, но с вопросительной ноткой произнесла Саша.
— Хорошей новостью стало то, что некоторые из известных человечеству антибиотиков, противовирусных, противогрибковых и антипаразитических средств показали себя довольно эффективно против внеземных организмов. Это тоже вполне ожидаемо. В отличие от земной микробиоты, внеземная не имеет опыта взаимодействия с этими средствами и не выработала к ним устойчивости. Но мы обнаружили ряд исключений из этого правила. Многие микроорганизмы Земли-2 настолько сильно отличаются от земных, что наши медикаменты против них бесполезны. То есть, есть ряд потенциально опасных для человека микроорганизмов, которых мы пока не можем убить или нейтрализовать, если они попадут к нам в организм.
Убедившись, что все усвоили смысл её слов, Мари продолжила:
— Как мы можем защититься от них? Только одним способом — вообще не взаимодействовать с ними. Вместо голубой мечты о том, как мы бегаем босиком по лужайке на этой далёкой и прекрасной планете, мы будем передвигаться там в защитных скафандрах и обитать в помещениях с крайне высокой степенью биозащиты, при входе в которые — подвергаться полной дезинфекции. Лучше всего — вообще оставаться на орбите. И всё-таки, какие бы меры предосторожности мы ни предпринимали — они обязательно будут давать сбои. Потому что именно так работает техника и так действует человеческий фактор. Проверено сотнями лет опыта. В случае таких сбоев нашей последней «линией обороны» станут иммуностимуляторы общего действия, которыми нам придётся пичкать себя ежедневно. Но при этом мы должны понимать, что ни один иммуностимулятор не является универсальным оружием против любой биоты. Какая-нибудь особо живучая зараза непременно окажется сильнее наших иммуностимуляторов. И тогда она сожрёт нас с потрохами.
— Ты не возлагаешь больших надежд на ту работу, которая будет вестись за время полёта? — спросила Тёрнер.
Саша говорила о ещё одном фрагменте их проекта, в который были вложены баснословные средства — полностью роботизированной биолаборатории, обустроенной на борту «Пегаса», в одном из отсеков, накрытых «коконом Бланка». Предполагалось, что на протяжении полёта там будет продолжаться работа, направленная на адаптацию к Земле-2. Биолаборатория, управляемая «Афиной», будет проводить собственные исследования согласно заранее определённой программе, а также обрабатывать свежие научные данные, поступающие с Земли (пакет свежих данных будут отправлять с Земли каждый месяц). За тридцать с лишним лет наука могла шагнуть далеко вперёд. В случае, если человечество сможет изобрести более передовые медикаменты, полезные для выживания на Земле-2 — «Афина» попробует изготовить их прямо на борту, искусственно синтезируя необходимые ингредиенты.
