– Тебе, верно, неприятно это слышать, но я всегда сочувствовала ей. Когда ты любишь и видишь, что вся страсть твоей души натыкается на безразличие, а то и хуже – на пренебрежение… Как хочется тогда всё бросить и бежать без оглядки далеко-далеко от того, кого ты должна, но не в силах забыть! До вчерашнего дня несчастная и незаслуженно униженная Мэйлин вызывала у меня сострадание. Но этот тайно рождённый ребёнок!
Они переглянулись и одновременно вздохнули: девушка расстроенно, Дэрэк сердито.
Свист крыльев отвлёк их. В светлеющем небе возник точёный силуэт и с резким звуком сорвался вниз, замерев у самой поверхности земли.
– Орнг?! – воскликнула Дейзи.
– Что-нибудь случилось? – встревожился Дэриэн.
– Ничего, – буркнул тонх, – не сиделось в Гнезде, вот и всё.
– Пришёл проводить? – негромко спросил юноша.
Тонх щёлкнул клювом:
– Можешь считать это блажью. Только, проведя восемь лет бок о бок с Синеглазым, я не в состоянии спокойно спать этой ночью!
Дэрэк мягко коснулся напряжённого крыла:
– Ты ведь не одинок, Советник. Многие сегодня не сомкнут глаз.
Орнг благодарно взглянул на него, перевёл острый, по-птичьему зоркий взгляд на Дейзи и вдруг горячо и торопливо заговорил:
– Думаешь, я всегда был предан Дэйкену? Нет, принц. Я родом из Пенша, из Скарэха: взмах крыла – и вот он, замок Лекста, учителя и друга. Принцу Пенша я служил верой и правдой. Он и в Круг меня ввёл, поручившись за меня перед Аргеном. Для меня не было и тени сомнения в том, кто должен стать следующим королём Саора. Джэда я принять отказался, обозвав мальчишкой, выскочкой, нахалом. Я не скрывал своих чувств и после того, как он законно взошёл на трон. Я пошёл даже дальше, при всех высказав ему в лицо то, что думал о нём, тут же заявив, что намерен покинуть Круг. Джэд попросил меня остаться, заметив, что иметь рядом врага куда полезнее, чем друга: друг снисходителен к промахам, враг – никогда. Скрепя сердце, я согласился, про себя злорадно подумав: что ж, держись, синеглазый! Я доведу тебя до состояния, когда ты с радостью избавишься от неугодного Советника!
Ничего у меня не вышло. Круг Дэйкен собрал такой, что придраться было невозможно. К кому? К Дэшу, готовому умереть, но не струсить? К Эдре, что любую несправедливость, случившуюся тысячелетие назад воспринимает как произошедшую вчера и по её вине? Или к Спалку, который еле живой выбрался из-под обломков дома Лорга, но спас жизнь этому обманщику?! И король оказался под стать Кругу. Не сводил счёты с теми, что поначалу его отвергали. Не кичился ни властью, ни невероятным могуществом. Рядом с ним самые сильные маги словно младенцы казались… Арск его боялся, Тэнга попросил обучить контролю. Он же заклятия даже вслух не произносил: глянет – и потоки сплетены.
Сколько раз я пытался вывести его из себя! Не удавалось. Вспыльчивый по натуре, умел, когда надо, держать себя в руках. Не боялся спорить, но и чужое мнение, пусть даже ошибочное, выслушивал и принимал во внимание. Выходки мои его только смешили. А один раз он мне всё-таки ответил – наедине, спокойно, без оскорблений… Зато так, что я навсегда зарёкся задевать его.
Дрогнул я после того, как он в одиночку справился с Вековым ветром – страшным наследием Тёмных времён. Потрясло меня не то, что ему оказалось под силу почувствовать возникновение урагана и уничтожить его в зародыше, нет! А то, что после всего он спокойно явился на Совет, в запылённой одежде, с песком в волосах, извинился за опоздание и, ни слова не говоря, принялся вникать во всякие мелочи. Потом уже Тейн, Советник Дорга, примчался из Корха поблагодарить юного короля, запросто совершившего то, что не удавалось никому за тысячу лет, включая Сарха! Я был потрясён: почему же ты промолчал, Джэд?! Как сейчас вижу его вспыхнувшее лицо: я не заслуживаю похвалы за то, что выполняю свои обязанности! С его точки зрения, он не совершил ничего особенного – просто исполнил свой долг короля и мага… Вот так, постепенно, и ненависть моя, и предубеждение сошли на нет. Синеглазый не вызвал, не приобрёл – завоевал мою преданность. Возможно, в Саоре будут и лучшие Правители, и слава Хранителю! Но для меня есть один-единственный, и мне жалко его терять!
– Ты же его не теряешь… – вставил Дэрэк, но Орнг перебил юношу яростным взмахом руки и крыла:
– Слепы ли все вокруг меня или притворяются незрячими?! Не видят или не хотят видеть?! Этот первенец отнимет у Дэйкена не только ожерелье! Вряд ли он будет настолько благороден и великодушен, что потерпит того, кого всегда будут больше уважать, больше слушаться, больше любить! Пока рядом Джэд, тот, второй, никогда не станет настоящим королём Саора, и он едва ли с этим смирится! Ведь это сын Аргена – честолюбивого, властного, бессердечного! А мне твердят, что ничего страшного не происходит!
– Синеглазый тоже сын Аргена, – неожиданно для себя возразил Дэрэк. – Нельзя же так оговаривать человека, ничего о нём не зная.
– Принц! – отшатнулся тонх. – И ты тоже!
