– А кто вам сказал, что он прервался? Граф Гвелкам был выдающимся магом и умер он, уверяю вас, совсем недавно. То, что он не появлялся на людях, не говорит о его смерти. Занят он был. Магия ему была более интересна, чем людишки и их проблемы.
– Вы обещали ответить…
– Ладно. Обещал… Отвечу. Однажды, около тридцати лет назад… Молодой парень лет двадцати-двадцати пяти оставил влюбленную в него девушку на пороге маленькой хижины и ушёл не оглядываясь. Его звала дорога, он был свободен как ветер в необъятных небесах и не собирался связывать себя никакими обязательствами. Появление бастардов его не интересовало никогда. У него была молодость, были деньги, и было желание идти вперед. А вот молоденькой, высокородной, виконтессе, брошенной за ненадобностью богатыми родственниками и воспитанной старой знахаркой повезло куда как меньше. В этот же вечер её избушка запылала и уже к утру «добрые» жители были уверенны в том, что сожгли «злобную» ведьму имевшую наглость лечить их коров и детей. Чёрная Ланья сумела избежать огня и родился я. В королевстве, которое вы тогда покинули, не оглядываясь назад, в этом же году на престол взошел молодой «король-монах» Людвин второй и запылали костры. На них горели все, кого можно было только заподозрить в наличии магии. Через десять лет именно на таком костре сгорела и моя мать. Я остался один. Выжил. В шестнадцать лет познакомился с Руаном Гвелкамом. Он занялся моим воспитанием, сделал меня своим истинным сыном. Любые документы, любое магическое дознание покажет, что теперь по крови я принадлежу к роду своего приёмного отца, который перед своей смертью сделал для меня все, что смог и даже больше. Родовые магические артефакты приняли меня. Его память, его род я не предам никогда. А потому сразу могу сказать вам, что ни я, ни мои дети никогда не смогут вернуться в ваш род, милорд герцог Лакруа. Мне безразличны как вы сами, так и любые ваши притязания, тем более, что против древнего ритуала принятия в род вам противопоставить совершенно нечего.
На приеме в королевском дворце я узнал вас. Матушка говорила мне о том, что лично от неё я взял только цвет волос и глаз, а в остальном же ваше зеркально отражение. К своему же удивлению именно в этот момент я понял, что ничего кроме внешности нас с вами не связывает, и если это будет зависеть от меня, связывать не будет. Больше я Вам ничего рассказывать не буду. Вы посторонний для меня человек и им останетесь. Сейчас я просто уйду. Надеюсь больше ничего про вас не услышать.
Уже в дверях я оглянулся и добавил:
– Добро Вам дня, господин герцог!
Я знаю, целых пять минут Джеймс Лакруа не мог ни сдвинутся с места, ни заговорить, ни поднять тревогу, а нам этого времени вполне хватило, чтобы покинуть сей блистательный дом.
К полудню в особняк рода Лакруа прибыл архимаг Кирлан.
– Ты так поспешно вызвал меня… Я занятый человек. Ты думаешь, если ты теперь стал герцогом, то имеешь право дергать меня по всяким пустякам? Что ты себе позволяешь? Два дня назад мы обсудили все то, о чем ты хотел меня расспросить. Что на этот раз?
– Я получил ответы на все те вопросы, которые мы обсуждали.
– Явились с известиями нанятые тобой осведомители?
– Нет. Вместо них явился тот, к кому мы их посылали.
– Он напросился в гости? Ты принял его? Что он из себя представляет?
– О-о-о! Он явился без разрешения. Нанятые моим дворецким придурки «разбудили» его этой ночью и он решил, что вправе нанести мне ответный визит. В предрассветные часы я был удостоен чести познакомится со своим сыном.
– Так он всё-таки твой сын? – победно воскликнул архимаг.
– Он был моим сыном. Теперь в нем от меня осталась только внешность. Во всем остальном, согласно древнему магическому ритуалу проведенному его приемным отцом магом графом Руаном Гвелкамом, он принадлежит роду Гвелкам.
– Ну, это еще надо проверить!
– Что тут проверять… Ты думаешь, такой старый маг, как Руан мог ошибиться хоть в чём-нибудь, сделав всё для возрождения своего рода? Дариен поклялся мне, что отныне и навсегда только род его приемного отца имеет для него значение. А еще… Мне было недвусмысленно заявлено, что роду Лакруа не стоит переходить дорогу роду Гвелкам.
– Да о чем ты? Какой-то щенок! За ним сейчас нет никого, на кого он мог бы опереться. Старый маг умер. Он один. Последний Гвелкам! Его амбиции стоит укоротить!
– Кирлан… Ты упускаешь главное.
– Что?
– Он пришел в наш с тобой, по твоим словам, неприступный дом ночью. Прошел в мою комнату, не потревожив ни одного охранного заклинания. Его не заметил никто. Ни стражники, ни слуги не подозревают о его визите до сих пор. А самое главное – этот… одиночка – был не один. Его сопровождал маг, который с лёгкостью преодолел все твои заклинания и в придачу к нему два взрослых матёрых зверя. Поверь, схватиться с ними не захочешь даже ты! Это были вервлоки! Однажды командир наёмничей ватаги, с которой я путешествовал, принял заказ на поимку двух взрослых особей этого вида. Нас было двадцать. Осталось двое. Вервлоки – это страшная сила! А эти – слушались его как послушные домашние псы!
