«Коготь феникса» вырвался из левой ладони, ударив по громадной пятерне, всё ещё сжимающей мою ногу. Я не обратил внимания на цифры урона, но в воздухе завертелись сразу несколько пальцев, а великан замычал от боли, отступая назад. Я уже был на ногах, развернувшись в сторону Бальтазара Спелторна, который безучастно взирал на происходящее. Когда для решающего удара мне остался ровно шаг, он слегка склонил голову набок, будто хотел изучить меня получше.
Что-то очень острое ударило мне в спину под левую лопатку, вонзилось и потащило вперёд. Инквизитор сделал маленький шажок в сторону, позволив мне пронестись мимо и с размаху врезаться в стену одного из домов. Полоска здоровья уменьшилась на пятнадцать очков. Я захрипел, снова разворачиваясь к своему врагу и пытаясь понять, чем он меня достал.
Лучше бы я не пытался этого сделать.
Старший надзиратель архивов всё так же стоял, опираясь на свою любимую трость, а за ним ревело безглазое чудовище, из тела которого вырывались десятки кровавых нитей. Мне уже довелось однажды сражаться с магом крови, но в составе партии, где Дея честно выполняла роль лидера и хилера. И то, в той битве выжить мне не удалось.
А через миг, наполненный абсолютным ужасом, я заметил ещё одну странность, связанную с исполином.
Над ним не было таблички с именем и уровнем. Даже намёка на неё.
Бальтазар Спелторн не улыбался, на его лице не отразилось ничего, напоминающее злорадство или триумф. Просто человек, который делает тяжёлую, грязную, но необходимую работу. Очередной медленный кивок — и алые нити из тела великана рванулись ко мне, огибая фигуру инквизитора по дороге. Тут же пришло осознание — двухметровая туша не была магом крови. Всё это время Спелторн использовал её, как ходячий резервуар.
Навстречу кровавым нитям устремился «огнемётный» поток мастерского «Языка саламандры». Я надеялся также дотянуться до архиерея, но тот предусмотрительно отступил. Моя контратака купила мне секунды три — кровь, соприкасаясь с пламенем, натурально испарялась на лету. Затем более гибкое заклинание взяло верх, добравшись до меня вопреки моим лучшим усилиям. Три нити прошили мне насквозь правое плечо, левую ладонь и левое бедро, пришпилив к стене наподобие бабочки на булавке. Минус тридцать здоровья, кровотечение. Полгода назад этого бы хватило, чтобы меня убить — и не дать попасть в руки к врагу.
Огненный поток иссяк, я беспомощно дёргался, теряя здоровье единица за единицей. Инквизитор подошёл поближе, но всё ещё недостаточно, чтобы я мог зацепить его хотя бы «Языком саламандры».
— Вам не удастся умереть, господин Ардор. Через тридцать секунд вы потеряете сознание. Далее вы будете доставлены в ближайшую обитель, где вскоре вам предстоит беседа с верховным дознавателем Палатина. Это большая честь.
Если бы ту же самую речь задвигал Вильгельм Акком, он бы чуть ли не лопался от сумасшедшего веселья. Но Бальтазар оставался настолько омерзительно-формальным и сухим, будто объяснял юридические нюансы какого-то бытового момента, типа раздела имущества. Контраст между этой нарочитой сухостью и фирменным кровавым гротеском Ордена выводил меня из себя. Я уже не мог различить, где клокотало моё бешенство, а где его подпитывал окровавленный обломок.
— Подойди… ближе… трус, — прохрипел я, сосредоточившись на том, чтобы оставаться в сознании. Магия крови не просто наносила мне урон, а вытягивала силы, заставляя выносливость падать наравне со здоровьем.
— Вы в безвыходном положении. Зачем продолжать сопротивление?
Ещё одна безразличная констатация факта, от которой хотелось рвать и метать. Я уже подумывал, смогу ли прицельно плюнуть кровью инквизитору в рожу, чтобы хоть немного сбить с него спесь, как услышал другой голос — тоже сухой, но вызывающий совсем другие эмоции.
— Громила. Стоит. На краю.
На лице Бальтазара Спелторна промелькнуло что-то, отдалённо напоминающее удивление — он явно не понял, кто даёт мне советы. А я вот, напротив, понял, что всё это время следил не за тем противником. Исполинский «резервуар», сковывающий меня кровавыми нитями, действительно стоял на краю моста. Там были перила, но при его размерах можно сказать, что и не было.
— НЭСС!! — рявкнул я, используя последние ресурсы своего несчастного горла. — ОБЕЗДВИЖИТЬ!
Теневой клубок из когтей и щупалец вновь разорвал воздух, воплотившись из пространства Изнанки. На фоне человекообразного монстра «собачка» смотрелась не больше крысы, но её ярость компенсировала этот недостаток. Нэсс упала сверху и вцепилась в безглазую башку великана, кромсая её всеми возможными способами. Тот протестующе замычал, вскинув руки в попытке сдёрнуть неожиданную угрозу. Резкое движение заставило громадину слегка пошатнуться, сделать шаг в сторону, чтобы не потерять опору, но вместо этого найти лишь перила моста, которые кончались примерно на уровне коленей великана.
