Через несколько минут, когда Джеймс уже тоже начал приходить в себя, доктор Кит, прекратив свои неистовые эскапады, поднялся на колени. Он ухватился за стол – над краем виднелись только его глаза – и уставился в пространство невидящим взглядом, безо всякого выражения на лице, словно сознание полностью покинуло его. По неизвестным причинам он воззрился своим странным отсутствующим взглядом на Мину, которая в ответ завороженно смотрела на него, словно пригвожденная к месту от ужаса. В конце концов, как раз когда все уже приходили в себя, Гриндлей объявила, что ей дурно. Для нее немедленно поставили на ножки одно из перевернутых кресел, и Сара была отправлена за стаканом воды и веером.
Симпсон, поддерживаемый женой, поднялся на ноги.
– Уолди был прав, – радостно объявил он. – Это самый удачный из всех наших экспериментов. – Тут он принялся озираться вокруг с нетерпеливым видом. – Где же образец? Там еще что-то осталось?
Обмякший Рейвен протянул ему склянку, но миссис Симпсон помахала ему, чтобы он ее убрал.
– Мне кажется, на сегодня с нас достаточно волнений.
Однако профессора было не так-то легко сбить с толку.
– Но это же только начало! Быть может, нам удалось наконец найти то, что мы искали… Кому еще хотелось бы попробовать?
Первой заговорила Мина, но отнюдь не с тем, чтобы вызваться добровольцем:
– Я уж точно не собираюсь выставлять себя на посмешище. Этот взгляд доктора Кита будет преследовать меня до самой смерти.
– Да будет тебе. Может, это твой шанс войти в историю…
Тут Симпсон выхватил склянку у Рейвена из рук, вытащил пробку и помахал ею в направлении Гриндлей. Та, явно встревожившись, вскочила с кресла и попятилась. Профессор погнался за ней со склянкой вокруг стола, причем жертва протестующе визжала.
Погоня была недолгой, потому что профессор так смеялся, что вскоре был принужден сдаться.
– Я хочу попробовать, – раздался голос из дверей. Это была Агнес Питри. Шагнув в комнату, она добавила: – О, прошу вас, дайте и мне немного.
Симпсон посмотрел на ее отца, и капитан кивнул. Сара заподозрила, что он редко отвечал «нет» на просьбы дочери. Втиснувшись в кресло, Агнес принялась нюхать жидкость, которую налили для нее в блюдечко. Всего через несколько мгновений ее веки затрепетали, и она объявила, что чувствует себя легче воздуха, что само по себе было удивительно, учитывая ее размеры. Потом Агнес принялась кричать: «Я ангел! Я ангел!», после чего съехала с кресла на пол; приземление было трудно назвать ангельским. Следующие пять минут она оставалась без сознания.
Симпсон решил испробовать средство на себе еще раз, игнорируя встревоженные взгляды жены. Дункан присоединился к нему, а Кит вытащил из кармана часы, чтобы точно замерить время действия препарата.
– Перхлорид формила, – сказал Кит, делая пометку. – Звучит гораздо более громоздко, чем «эфир». Может, найдем название покороче?
Доктор Симпсон, который уже поднял склянку к носу, помедлил.
– Мне кажется, Уолди упомянул, что эту штуку еще называют хлороформом.
Рейвен тихо выскользнул из комнаты, и Сара заподозрила, что она была единственной, кто это заметил. Все остальные продолжали следить за экспериментом, хотя Мина и миссис Симпсон явно не разделяли общего энтузиазма, держась скорее настороже.
Уилл наблюдал бурную деятельность последних минут без единого слова и от участия в дальнейших экспериментах отказался. Выглядел он ужасно. Когда Рейвен только появился, вид у него был такой, точно его вытащили из реки, а сейчас он стал, если такое возможно, еще более мокрым. В комнате было жарко, а он и так сильно вспотел после физических усилий, которые, очевидно, совершенно истощили его силы. Нормальный цвет лица вернулся к нему лишь спустя полчаса.
Между тем никто из тех, ради кого он довел себя до подобного состояния, даже ни о чем не подозревал. Никакой опасности они не подвергались благодаря промашке, допущенной Сарой, – но она решила пока ему об этом не говорить, хотя знала, что рано или поздно придется.
Видя, что ее услуги, в свете новых волнующих событий, пока никому не требовались, она последовала за Рейвеном. Услышав шаги у себя за спиной на лестнице, тот остановился у двери своей комнаты посмотреть, кто это.
– Вы разве не хотели бы поужинать, мистер Рейвен? – спросила Сара. – Вы же еще не ели.
Он слабо улыбнулся.
– Это было бы прекрасно.
Голос у него слегка дрожал, и она вдруг сообразила, что Уилл замерз, а у себя в комнате замерзнет еще больше.
– Вам нужно немедленно избавиться от этой одежды. Или дело дойдет до лихорадки. Ну же, – сказала Сара и вошла следом за ним в комнату, где зажгла газовый рожок. Потом повернулась, чтобы помочь ему снять куртку, которая показалась ей вдвое тяжелее, чем обычно.
– Я прекрасно и сам могу… – начал он было, но был принужден сдаться и позволить ей помочь: сопротивляться не было ни желания, ни сил.
– Вам правда надо бы обзавестись нормальным пальто, мистер Рейвен. Прежде чем станет по-настоящему холодно.
– Знаю.
Сара сняла с его плеч промокшую насквозь одежду; ее взгляд задержался на мокрых волосах, прилипших ко лбу.
