Ноций встал рядом со мной слева. Он прикрылся большим щитом-гоплоном, а над головой поднял копье. Его парень собирался метнуть, чтобы тут же переключиться на магический меч, когда-то принадлежавший Гараму Кузнецу, вождю объединенных племен Кербрии.
Двадцать метров.
Солнечные щиты померкли, но ещё сияли. Я занял низкую стойку, максимально прикрываясь щитом-скутумом. Наклонил голову, чтобы не словить стрелу в лицо. Железная маска, вероятно, выдержит, но может свести или растянуть мышцы шеи от резкой нагрузки.
Уже хорошо был виден мой главный враг.
Всадник на великолепном белом жеребце вёл за собой сотню лучших Пуштигбан — гвардию Гиан-Авспар. Весь его доспех сверкал от позолоты, меди и остатков солнечной магии. Лицо скрывала стальная маска с золоченой бородой без прорезей для обзора. Вместо глаз на ней горели солнечным огнём алмазы. Ксерион походил на ожившую статую древнего воителя из шаддинского храма. За спиной Царя царей развевался белый плащ, на который словно звезды были нашиты мелкие драгоценные камни.
Из задних рядов шаддинской конницы в нас полетели стрелы от саваран. Несколько вонзились в мой щит, одна отскочила от шлема. Удар был не самый сильный, но шея напряглась.
Пятнадцать.
«Стреляй!» — скомандовал я.
Три гаковницы на телеге грохнули пороховой мощью.
В это мгновение ликование наполнило мое сердце. Ксерион качнулся в седле. Одна из пуль угодила в его сверкающий панцирь. Думаю, если бы не остатки солнечной магии, снаряд пробил бы броню. Но даже так пуля оставила заметную вмятину. Подобное попадание не может пройти бесследно. Контузия, сломанные рёбра или даже что похуже. Аланиус Церт потратил годы и сотни жизней агентов в попытках добраться до царя царей. Даже предлагал мне пойти на переговоры с Каламет. Однако все это не понадобилось. Оказалось достаточно примитивного огнестрела.
Впрочем, Ксерион пока ещё держался в седле и времени злорадствовать у меня не было.
Десять метров.
Пора! Я использовал один из даров Нэл. А именно:
Благословенный туман
Окружает заклинателя священным туманом, в радиусе действия которого все союзные ему существа получают эффект «благословение жизнелюбия», на любую враждебную магию в рамках тумана действует коэффициент подавления в 1,8, а недавно погибшие союзники временно возвращаются к ложной жизни. Любые физические объекты, разогнанные до скорости 12,5 м/с не могут пересечь границу тумана и отбрасываются прочь.
Расходуется 2 воззвания.
Эффекты:
— радиус тумана 6–8 метров.
— длительность тумана 3,2 секунды.
— коэффициент подавления враждебной магии 1,8.
— накладывает эффект «благословение жизнелюбия» и «ложной жизни» на 167,5 секунд.
— отбрасывает любые физические объекты, разогнанные до скорости 6,5 м/с и выше.
Вокруг меня тут же возникла широкая бледная сфера с голубоватыми переливами. Разогнавшиеся для атаки всадники влетели в нее и…
Звон, скрежет, сотрясение земли.
Божественная сила, пусть и частично нивелированная вражеским подавлением сработала как незримая вязкая субстанция. Десяток всадников застыли в ней, а задание ряды, не успев затормозить, навалились на них. Хаос. Отлично!
С одной стороны от нас гремели гаковницы, с другой сыпались плюмбаты. Бой закипел, а мы с Ноцием рванули вперёд. Такой же приказ я отдал армигери дефенсорес. Сейчас есть шанс убить или захватить вражеского царя. Гордость и смелость привели Ксериона сюда, возможно, даровав нам победу.
Звон металла и грохот копыт вокруг оглушали. Пыль застилала обзор. Несмотря на мой рост, вражеские всадники казались исполинами из железа и бронзы. Гиан-Авспар, царская гвардия. Сам Ксерион был в их рядах. Кажется, он едва держался в седле.
Я ринулся вперёд бок о бок с Ноцием, а за нами шла волна армигери дефенсорес, ощетинившихся копьями.
Вражеские всадники попытались сомкнуться, защищая своего лидера, но магический туман ещё действовал. Они вязли в нем. Время сжалось до долей секунд.
Что-то промелькнуло в воздухе, ударив в грудь Ксериона. Копьё Ноция. Парень метнул его почти в упор с силой присущей боевой машине. Туман останавливал входящие в него объекты, но не исходящие. Копье без проблем поразило цель. Однако царская броня выдержала. Копьё застряло в ней, войдя совсем неглубоко. Оно торчало из верхней левой стороны корпуса шаддинца, мешая ему нормально держаться в седле.
Тут же магический туман отключился. Вражеские всадники получили свободу. Использовать туман ещё раз? Не поможет. Всадники сейчас не разогнаны и туман не станет их задерживать.
Мой путь до царя царей преградил конный воин в желто-пурпурном плаще, расшитом звездами. Он замахнулся булавой с круглым навершием, которая сама по себе была произведением искусства. Солнечные лучи играли на множестве граней, делая оружие похожим на диковинный плод граната, с наполовину снятой кожурой. Невероятно точная работа по металлу. Ощущение, будто меня пытались сейчас убить скрипкой Страдивари. Я поднял скутум, блокируя удар. Булава скользнула вниз по щиту, сломав одну из застрявших там стрел.
