«Что-то срочное случилось?»
«Возможно, мой господин. Милен странно себя ведёт. Очень странно. Вероятно, юную девушку терзают какие-то сомнения, но она отказывается говорить со мной об этом. Прошу, господин, доверьтесь интуиции Арамии».
Доверюсь.
Милен слишком важна и опасна, а Сандис успешно угробит очередную пачку своих людей даже без моего символического участия. Впрочем, до штурма ещё есть немного времени. Возможно, я даже успею всюду.
Вернувшись в шатер, действительно, обнаружил Милен, охваченную состоянием ненормального возбуждения. Она расхаживала из стороны в сторону, покусывая губы. Глаза её почти светились.
— Девочка моя, посмотри… — мягким голоском обратилась к ней колдунья. — Вот пришёл наш господин. Обязательно расскажи ему обо всём, что тебя беспокоит.
Милен ей ничего не ответила. Она бросила в мою сторону взгляд, полный отчаяния, но тут же отвернулась, пряча от меня глаза.
— Милен… — произнес я. — Все нормально? Похоже, что нет. Поговори со мной.
— Я… — запнулась девушка. — Я не могу. Не знаю как поступить… Я обещала… Но они…
Ясно. Её конкретно накрыло противоречивыми эмоциями. У меня сейчас нет ни времени, ни сил играть в доктора Фрейда. Пойдём по пути наименьшего сопротивления. Пора использовать магический меч.
— Сейчас ты успокоишься, Милен, — произнёс я, вынимая клинок из ножен. — И все мне расскажешь. Хорошо?
Тускло вспыхнули искры магии. Сила меча была высвобождена и девушка, действительно, слегка успокоилась. Она прекратила метаться по шатру, опустив глаза.
— Расскажи мне все, Милен, — мягко произнёс я, убирая оружие. — Так будет лучше.
— Я не хотела… — словно извинилась девушка.
— Чего не хотела? Ты причинила кому-то вред?
— Я? Нет! Орина, Ноций… Я слышала о чем они говорили. Начала волноваться.
— И о чем же они говорили?
— Но они взяли с меня обещание молчать…
Вот это уже настораживало. О чем должна была молчать молодая медуза?
— Мне ты можешь и должна рассказать всё, — мягким, но властным голосом произнёс я. — Орина и Ноций что-то собираются сделать?
— Да. Они хотят… — не поднимая глаз произнесла Милен. — Хотят убить сегодня Иворна Сандиса.
Чего⁉
Кажется, моя молодежь решила развлечься слишком круто…
В моменты крайнего напряжения мышление часто ускоряется. Сложные логические конструкции проносятся в голове со скоростью мчащегося экспресса. Именно так произошло со мной и сейчас.
Отойдя от первого шока, я припомнил недавние разговоры с Ориной. Как утешал и наставлял девушку, не заметив за её комплиментами моему управленческому таланту опасную тенденцию. Она хотела убить Сандиса, чтобы я возглавил армию. Крайне рискованный шаг, но, вероятно, девушка верила, что Иворна неадекватен и погубит всех нас.
Вслед за этими умозаключениями последовало ещё одно: надо остановить Орину, пока не стало слишком поздно.
Я тут же переключился на глобальную карту. Орина и Сандис находились рядом. Мое сердце тут же нырнуло в чан с адреналином. Я приблизил камеру. Фух! Пока не началось.
Орина, Ноций, Гинд, Луна, полуциклоп Пакос плюс десятка два воинов из ауксилии стояли перед Сандисом и его свитой. Бой пока ещё не закипел, однако до него остались считанные мгновения. В воздухе повисло опасное напряжение.
— Ваша просьба не является разумной, — с надменной улыбкой произнёс Сандис сверху-вниз глядя на Орину.
Серые глаза девушки уже буквально сияли от переполняющего гнева. Уверен, Сандис видел это и дразнил северянку. Триумвир стоял в расслабленной позе, держа руку на украшенном эфесе меча. Его парадная броня оставляла бледные руки открытыми. Они, вероятно, были защищены от солнца каким-то кремом, но вот от стали их ничего не защищало, кроме нескольких золотых браслетов. Иворна продолжал вещать, словно выплевывая слова в лицо девушке:
— Беспокойтесь о своих войсках и делах. Это не северная орда вашего покойного отца. В легионах присутствует четкая иерархия и разделение полномочий. Учти это, если хочешь и дальше служить своему господину.
Девушка дёрнулась, собираясь выхватить клинок, однако я успел остановить ее:
«Нет! Я знаю, что ты собираешься сделать. Остановись! Ты лишь погубишь себя и навредишь мне».
Орина мелко дрожала всем телом под презрительным взглядом Сандиса. Её губы сжались. Они практически побелели, лишённые кровоснабжения. Широко раскрытые глаза девушки не моргали. Воздух вокруг Орины словно был полон пороховой взвеси. Одна искра и грянет гром.
Сандис явно хотел спровоцировать её. Уж не знаю зачем. То-ли это была часть его спектакля перед шаддинцами, то-ли чтобы получить политические преимущества надо мной.
«Подожди. Поверь мне», — заклинал я Орину. — «Сандис мразь и подлец, но он не безумец. Эти штурмы по его замыслу должны показать врагу нашу слабость, чтобы Ксерион переправился через реку и дал нам сражение. Поэтому, стой! Он и тебя сейчас провоцирует. Оглянись. Смотри не на него, а на окружающих. Они готовы к бою».
