– Эх, мальчик мой, да разве важно по своей воле или не по своей. Коли такие новости смог добыть, значит по своей…. Это ведь душа у тебя такая, чует она беду, которая Родине нашей грозит и рвется, чтобы ей помочь и защитить. Как это ты сказал про землю нашу. – Дубыня замолчал, потер лоб, припоминая слова наследника, и торжественным голосом добавил, – самая она пригожая, самая красивая, самая дорогая моему сердцу. Да, я за нее ничего не пожалею, никому ее в обиду не дам, никому ее копытами черными не позволю топтать…. Во как сказано, Храбр. Ты верно, друг мой дорогой, так никогда и не произнесешь, как наследник сказал. Сразу чувствуется в нем, что он со временем будет славным правителем и великим человеком, как его отец, дед, прадед и все его светлые предки.
– Да, я, что по-другому думаю, что ли. Я что ж не вижу, каков он, какая у него душа, – стал оправдываться Храбр. – Но ему как будущему правителю стыдно не знать, кто такие вои.
– От… опять ты, за свое, Храбр… Да ему нашему Святозару, пока ничего не может быть стыдно. Он же еще мальчонка совсем, – вновь заступился за наследника Дубыня и покачал головой так, что закачались на ней его белокурые кудри.
Теперь в беседу вступил правитель, и будто не слыша перебранку своих другов, изрек:
– Я с тобой, Храбр, согласен мы так и поступим. Отправим вести Жировиту, Бажену, Ярополку, Миролюбу о намерениях нагаков. Да, наберем и проверим боеспособность воев.
И до поздней ночи отец со своими близкими другами и Святозаром обсуждали, что нужно еще предпринять, чтобы защитить восурский народ и родимую землю от злобных нагаков.
Глава тридцать третья
Утром Святозар поднялся одним из первых, вышел из шатра, потянулся и огляделся. Солнце едва поднялось на небосвод, позолотив не только небо, но и лежащую под ним землю. Легкий ветерок слегка трепал кудри наследника, покачивал ветви деревов, колыхал струящейся зеленоватой водицей в речке. Большая часть другов и дружинники отца еще спали, только Дубыня поднял голову с плаща, и широко улыбнулся наследнику. Внезапно Святозар услышал позади себя шелест крыльев и оглянулся, на его шатер, прямо на округлую макушку, опустился громадный черный ворон и уставился на него. Наследник присмотрелся и тотчас содрогнулся, почувствовав, как внутри тела встрепенулась его душа, и громко, что-то закричала. Ведь у черного ворона от клюва с двух сторон вниз спадали длинные, седые волосы. « Нук»,– догадался Святозар. А ворон, точно почуяв опасность, взмахнул крыльями и полетел. Наследник закрутил головой в поисках лука, да не найдя его, побежал следом за вороном, читая оборотный заговор. Перекувыркнувшись через голову, юноша обернулся орлом и взмыл в небо, следом за вороном.
Орел Святозар летел легко, и быстро приближался к черному ворону. Тот оглянулся, словно почуяв, что его догоняют и шибутнее замахал крыльями, но разве можно улететь от орла. Нагнал его в небе наследник, приблизился сверху и крепко стукнул в голову клювом. Ворон громко каркнул, и на миг, потеряв равновесие, чуток снизился. Орел вновь подлетел ближе, да растопырив когти, схватил ворона за крыло и, что есть мочи мотанул в воздухе так, что послышался хрустят ломаемых под когтями костей в крыле Нука. Ворон порывчато дернулся, а орел на мгновение ослабил хватку и выпустил его крыло. Нук тягостно махая одним крылом и свесив другое, направился вниз к земле. Святозар сделал небольшой круг и двинулся за ним следом. Еще немного и ворон будет наново в орлиных когтях. Но Нук вдруг упал на землю плашмя, и, распустив крылья, побежал, смешно ковыляя, к пню, что торчал из земли невдалеке. Он приблизился к пню, подсигнув вверх, перекувыркнулся через него да обратившись в вурколака, суматошно схватив зубами воткнутый в пень кинжал и припадая на правую лапу, ринулся в близлежащий лесок. Святозар сильнее взмахнул крыльями стараясь непременно догнать вурколака, но не успел, и подлетев почти вплотную к деревьям резко взял вверх, да воспорил в небо закружив над лесом, стараясь хотя бы разглядеть Нука. Однако в этом месте деревья росли так плотно, что увидеть сквозь них было почти невозможно, свершив еще пару кругов, наследник развернулся и направился обратно.
Подлетев к стану Святозар увидел другов, отца и дружинников правителя и стал снижаться, читая заговор, и как только его нога коснулась травы, он перекувыркнулся, и, упав грудью на траву, тяжело задышал. Не успел наследник подняться, как услышал, что к нему кто-то подбегает. Неожиданно чьи-то сильные руки схватили юношу за плечи и стремительно поставили на ноги.
– Отец, – лишь слетело с уст Святозара.
Правитель, был явно не в себе, с перекошенным от гнева лицом, он с такой силой тряханул сына, что Святозар почувствовал, как порвалась рубаха, и тяжело заходило из стороны в сторону внутри тела сердце.
– Как ты смел? – почти выкрикнул Ярил и поднял руку, чтобы ударить наследника по лицу.
Святозар резко дернулся от занесенной над ним руки правителя и закричал:
