Слова про яд меня испугали. Вдруг на самом деле какая-то дрянь в раны от грязных когтей уже попала, может, поэтому они и не болят!? Я думала, что это от шока, но раз такое дело, то меня заражение не устраивает! Саура ведь предупреждала, что есть болезни, к которым местные уже приобрели иммунитет, а я — нет! Еще прикопают тут меня под кустиком под табличкой «прожила в этом мире аж пять дней».
Я неожиданно получила легкий подзатыльник.
— В следующий раз сразу говори, если тебя хоть краем когтя заденут!
— Какой еще следующий раз — обиженно прошипела я. — Что там такое?
— Тебе лучше не видеть. Хотя нет, жаль, что не видишь! — Едко ответил он, копаясь в своих пузырьках из разноцветного стекла. Нашел нужный, и достал из сумки стопку чистых лоскутов, служивших ему и ватой и бинтами. — Я тебе опишу. От малой тяжести резаных ран, оставленных когтями стригоя, по коже расползается краснота, а по венам — этого глазом не видно, но я и так знаю — парализующий яд. В тебя его попало очень мало, иначе бы ты уже лежала без сознания, и я мог тебя не откачать!
Я от неожиданности поперхнулась воздухом, а потом ойкнула от второго подзатыльника, более увесистого.
— Хватит уже меня воспитывать, я все поняла!
— А я проверяю твою чувствительность. — Язвительно огрызнулся эльф. Я попыталась оглянуться, но так чтобы не видеть свою спину. Мерзавец смачивал знакомой красноватой жидкостью кусок ткани, продолжая лекцию:
— Яд стригоев обездвиживает и усыпляет жертву, для более удобной ее переноски, потому что, как правило, охотятся твари далеко от гнездовья. К тому же после попадания яда в кровь жертва, если сразу не съедается, впадает в кому, и может храниться неделями.
Ткань аккуратно коснулась спины и прошлась по ней, только смачивая. Я дернулась, раны защипало, но боль быстро прошла.
— Для здоровья, как ни странно, он безвреден, так что не беспокойся. Уже не помрешь. — Он явно удержался от того, чтобы не дать мне еще один подзатыльник. — Наверное, если бы отравлял, то портил бы вкусовые качества. От количества зависит только время, проходящее между заражением и засыпанием. Если яд вовремя обезвредить, организм легко оправится. Если не успеть, то последует кома. Скажи спасибо, что я как раз могу тебя вылечить. Потому что подвержены его влиянию только люди… ах да, орки тоже. Эльфов он выводит из строя только на пару секунд, так что носить с собой противоядие мне не обязательно
— Так что в этом яде страшного? Это же только сон, хотя и очень крепкий… Ай! Да сколько можно!?
Эльф недовольно на меня зыркнул: по его мнению, подзатыльников тут было недостаточно. Еще бы пинков надавать.
— Да то, что ты можешь и
— Я еще не закончил. Ты меня поняла? Гордость тут неуместна, сразу говори о полученных повреждениях, даже если тебе они кажутся смехотворными и недостойными упоминания. — Судя по его вздоху, меня бы ждал очередной подзатыльник, но Диннариэль решил, что с меня достаточно. И правильно. В этот раз я бы уже сдачи дала.
Он молча принялся протирать мне спину тем же отваром, на этот раз с нажимом, убирая из царапин грязь.
— Интересный мне попался эльф. — Пробурчала я. — В ядах разбирается, и в нечисти тоже… Откуда ты это так хорошо знаешь? Когда-то лечили? — Я обернулась. Меня развернули обратно за плечи.
— Не мешай. Я же сказал, на меня не действует. Не меня, а я лечил. — Он вздохнул, а потом хмыкнул. — Подобные знания не редкость, вообще-то, ведь они могут быть жизненно необходимы. А я к тому же Целитель.
— Целитель, Целитель… Ух ты! — Восхитилась я. — Что, правда!? А я про вас читала!! Вы же очень редко встречаетесь, если не ошибаюсь? Даже снисхождение вам положено, если совершили преступление??
— Верно, но не всегда.
— Почему?
— Я еще и вор. Профессиональный, кстати. Настолько, что пару раз чуть не вздернули. И не произошло этого только потому, что я смог удрать, а не из-за моих рук.
С ума сойти. Эльф, благородный там, дивный и все такое — на самом деле вор, бродяга, да еще и на виселицу чуть не угодил!
— Ты сказал, из-за рук?
— Сила Целителя в руках. Сейчас поймешь.
Он отложил ткань. Провел пальцами вдоль моей спины, словно прощупывая не кожу, а невидимый слой над ней. Ладони медленно пошли обратно, на этот раз чуть касаясь краев ран. Вслед за ними пошел приятный холодок, заглушивший легкое жжение. Почти сразу мой рассудок пришел в норму, и прошла слабость.
Пальцы прошли вдоль спины в третий раз, убирая и холод и боль, не оставляя никаких ощущений.
— Все, можешь быть спокойна. Теперь бери котелок и марш за водой.
— Как все!? — поразилась я, пытаясь заглянуть через плечо на спину. Получилось кое-как, но я увидела абсолютно чистую и здоровую кожу, никаких шрамов или следов.
