Возвращаясь с работы, Максим размышлял о том, что делать дальше. «Вместо того чтобы спасать гибнущий мир, эти придурки затевают какие-то странные интриги, — раздраженно думал парень, — стоит ли им помогать? Может быть плюнуть на все, и бежать из этого мира сегодняшней же ночью? Нет, сначала я разберусь, что тут вообще происходит. Но как? Как же мне понять, почему Коля не доверят Насте, кто эти хакеры, которые якобы пытаются его убить и на самом ли деле они задумали то, о чем он говорит? И как быть с уничтожением хакеров? Это точно хакеры? А вдруг я убью ни в чем не повинных людей? Надо как-то это проверить. Но как? Может быть, все-таки рассказать обо всем Насте? А если она… злодей. А если злодей Коля? А если никто не злодей, а просто у каждого своя правда? Что же делать? Может быть, попросить помощи у Искусственного Интеллекта? А это вариант! Действительно, я ничего не знаю об этом мире. А если хочу узнать, что я делаю? Разумеется, гуглю в интернете, если он есть в том мире. А тут есть Искусственный Интеллект. Своеобразная Алиса, которая умеет гуглить. Блин. Как же я сразу-то не догадался…».
Придя в свою белую кубическую комнату, Максим первым делом обратился к своему голосовому помощнику:
— Привет, Дарья. Ты можешь рассказать мне об этом мире?
— Да. Вот что я нашла… «Этот мир» — произведение знаменитого писателя-фантаста Роберта Смита. В нем рассказывается…
— Стоп. Расскажи мне… историю. Нет, даже не так. Прочитай мне лекцию по истории.
— Хорошо. Назовите раздел истории, который вы ходите прослушать в качестве лекции. Вот какие варианты я предлагаю: история древнего мира, история античных цивилизаций, история России, история средневековой Европы, новая история…
— Давай истории всего мира, начиная с момента времени двадцать лет назад.
— Двадцать лет назад количество людей, которое переселилось навсегда в виртуальную реальность, достигло девять миллиардов сто сорок пять миллионов…
Дальше она долго и нудно перечисляла факты, из которых следовало, что превращение людей в «мозги в банке» идет уже давно, и сейчас «снаружи», то есть в реальности, живет только несколько тысяч человек. И они все еще переселяются, а каких-либо значимых событий, не происходило и не происходит.
«Что-то странно, — подумал Пронин, — Коля говорил, что мы с ним участвовали в разработке все этой Системы. А она, оказывается, существует уже давно. Он что, врет?»
— Кто разработал Центральный Искусственный Интеллект? — спросил Максим.
— Центральный Искин является творением коллектива свободных программистов. В разработке и дальнейшем сопровождении мог принять участие любой желающий. Даже сейчас Центральный Искин обладает открытым исходным кодом, и любой желающий, в случае одобрения кворума, может внести в него изменение.
— Так… — задумчиво проговорил Пронин и задал следующий вопрос:
— Почему роботы не умеют сами себя чинить?
— Это искусственное ограничение, заложенное в архитектуру Системы с целью избежать технической сингулярности.
«Тут, по крайней мере, Коля не соврал», — сделал вывод Максим.
Он продолжил задавать Дарье вопросы. Через некоторое время узнал, что мир в таком состоянии уже почти сто лет, а все началось с того, что после разработки сильного искусственного интеллекта все страны осознали его опасность и создали международную комиссию по технической сингулярности. Было решено притормозить развитие искина, но проект, тем не менее, не закрыли, а продолжали проводить с ним различные эксперименты. Вскоре выяснилось, что искусственный интеллект обладает разумом, способным решить все проблемы человечества, навсегда прекратить войны и экономические кризисы. Полученные от искина знания активно использовались, но полной свободы действия ему никто не давал — компьютерный разум был под контролем человечества. Казалось бы, все хорошо и скоро наступит долгожданный «золотой век». Но как бы не так. Человечество столкнулось с новыми вызовами. Искусственный интеллект мог бы преодолеть и их, если бы ему дали волю. Но никто не рискнул.
Один из новых вызовов состоял в том, что в производительном труде достаточно было задействовать только один процент населения, все остальное могли делать роботы. Казалось бы, у людей появилось много свободного времени: выполнять работы, которые дела этот один процент людей, можно было по очереди. Только вот праздный образ жизни сильно развращает. Пришлось вводить трудовую повинность и ответственность за тунеядство.
«Странный парадокс», — удивленно подумал Пронин.
— Да, это выглядит как парадокс, — говорила Дарья, словно читала его мысли, — но, тем не менее, такое решение действительно было выдвинуто Международным Правительством. Правда, потому этот закон отменили, так как он нисколько не помог выправить ситуацию, но вызвал сильное негодование народа. По всей планете прошли массовые протесты…
