Я боялась шелохнуться или заговорить, но уловила взгляд Айена-младшего, исполненный бесконечного огорчения, положила руку на его костлявое плечо и ощутила ровное биение пульса под выступающей ключицей. Он накрыл мою руку своей большой ладонью и крепко сжал пальцы.
Джейми снова повернулся к зятю, стараясь держать под контролем себя и свой голос.
– Я клянусь тебе, Айен, я делал все, чтобы не подвергать парня опасности: держал его в стороне от самых серьезных дел, не допускал, чтобы его видели на берегу, не выпускал с Фергюсом в море, как он ни просился. – Он взглянул на парнишку, и на лице появилось странное выражение, в котором смешались любовь и раздражение. – Я не приманивал его к себе, Айен, а, напротив, уговаривал вернуться домой.
– Но и не прогонял его! – Лицо Айена было уже не таким красным, но его обычно мягкие карие глаза оставались суженными от гнева. – И даже весточки домой не послал! Ради бога, Джейми, его мать за этот месяц ни одной ночи не спала спокойно!
Джейми крепко сжал губы.
– Ну… – Он ронял слова по одному. – Да… не послал. Я…
Он снова взглянул на племянника и передернул плечами, будто рубашка вдруг стала ему слишком тесна.
– Не послал, – повторил Джейми. – Я хотел сам отвезти его домой.
– Он достаточно взрослый, чтобы ходить самостоятельно, – заметил Айен. – Сюда небось сам добрался, верно?
– Верно. – Джейми быстро отвернулся, взял чашку и стал вертеть ее между ладонями. – Нет, я собирался отвезти его сам, чтобы попросить разрешения у тебя и Дженни на то, чтобы малый пожил у меня некоторое время.
Айен издал саркастический смешок.
– Вот оно что! Попросить разрешения на то, чтобы его повесили или отправили в тюрьму заодно с тобой?
Джейми вскинул глаза, полыхнувшие гневом.
– Ты прекрасно знаешь, что я постарался бы уберечь его от любой беды, потому что люблю этого малого, как родного сына!
– Прекрасно знаю! – отозвался Айен, глядя Джейми в глаза. – Но он не твой сын. Он мой сын.
Джейми долго молчал, выдерживая его взгляд, потом протянул руку и бережно поставил чашку на стол.
– Ага, – тихо произнес он. – Твой.
Айен постоял несколько мгновений, тяжело дыша, потом медленно провел рукой по лбу, убирая назад густые темные волосы.
– Вот и ладно.
Он пару раз глубоко вздохнул и повернулся к сыну.
– Пойдем. Я снял комнату у Холлидея.
Костлявые пальцы юноши еще крепче сжали мою руку.
Он не двинулся с места.
– Нет, отец. – Голос его дрожал, и он крепко зажмурился, чтобы не заплакать. – Я не пойду с тобой.
Айен страшно побледнел, а на скулах проступили темно-красные пятна, словно кто-то ударил его по щекам.
– Значит, вот как?
Айен-младший кивнул.
– Я… я пойду с тобой утром, отец. Я вернусь с тобой домой. Но не сейчас.
Айен долго молча смотрел на сына. Плечи его поникли, напряженное тело обмякло.
– Понятно, – тихо произнес он. – Ну что ж. Ладно.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и вышел, очень осторожно закрыв за собой дверь. Я слышала глухой стук деревянной ноги на каждой ступеньке, пока он спускался по лестнице. Недолгое шарканье по полу гостиной, голос Бруно, прощавшегося с ним, и звук закрывающейся входной двери. В комнате воцарилась тишина, нарушавшаяся лишь потрескиванием огня в очаге за моей спиной.
Плечо парнишки дрожало под моей рукой: он беззвучно плакал.
Джейми медленно подошел и сел рядом с ним, его лицо было полно тревоги.
– Айен, мальчик мой… Бога ради, тебе не следовало это делать.
– У меня не было другого выхода.
Парнишка втянул воздух, засопел, и я поняла, что он сдерживал дыхание. Его обожженное и искаженное мукой лицо повернулось к дяде.
– Я не хотел причинять боль отцу, – сказал он. – Я не хотел!
Джейми рассеянно погладил его колено.
– Я знаю, дружок. Но говорить ему такие вещи…
– Я не мог сказать ему то, что мне придется сказать тебе, дядя Джейми!
Джейми поднял глаза: его насторожил тон племянника.
– Сказать мне? О чем?
– Об этом человеке. Человеке с косичкой.
– И что о нем?
Юный Айен облизал губы, собираясь с духом.
– Кажется, я убил его, – прошептал он.
Пораженный Джейми посмотрел на меня, потом снова на племянника.
– Как?
– В общем… я немножко наврал, – начал Айен дрожащим голосом. У него на глазах выступили слезы, но он смахнул их и продолжил: – Когда я зашел в печатную мастерскую – у меня был ключ, который ты мне дал, – этот человек уже был там.
Моряк находился в самой задней каморке. Там хранились стопки только что напечатанных заказов, запасы свежих чернил, промокательной бумаги, которая использовалась для очистки печатного станка, и маленький кузнечный горн, где изношенные отливки литер переплавлялись в свежие.
– Он хватал памфлеты из стопки и совал за пазуху, – сказал Айен, сглатывая. – Увидев такое, я, ясное дело, крикнул, чтобы он прекратил, и тогда этот тип наставил на меня пистолет.
И выстрелил, но, к счастью, промазал и лишь напугал Айена. Тогда незваный гость бросился на парнишку, чтобы ударить его рукояткой.
– У меня не было времени ни бежать, ни думать, – продолжал Айен, отпустив наконец мою руку и сжав собственное колено. – Я схватил первое, что подвернулось под руку, и запустил в него.
