Младший Эуон выполнил приказ матери, честно явившись, чтобы предупредить ее.
— Дядя Хобарт здесь! Отец зовет тебя! — Возбужденный мальчик был горд своей миссией.
От волнения Дженни едва не позабыла лук, за которым и спустилась сюда.
— Все-таки он здесь? Я ведь говорила! При нем есть оружие? Нож или пистолет, ты видел что-то?
Эуон отрицательно мотнул головой.
— Да нет же, мама, нет при нем ничего. С ним приехал адвокат!
Хобарт Маккензи, по меткому замечанию Джейми, не только не мог зарезать поросенка, но и уж тем более не мог самостоятельно защитить честь сестры, вызвав ее обидчика на поединок. Ему было лет тридцать. Он был низенький и тощий, голубые глазки, прикрытые белесыми ресничками, слезились. В целом Хобарт производил самое безобидное впечатление, он даже был похож на беспомощного слизняка.
Ожидая нас, он занимался тем, что укладывал редкие волосики, вертясь перед зеркалом.
Мы застали его врасплох — завитой парик висел на специальной подставочке. Маккензи поспешил исправить эту оплошность, водрузив парик на голову.
— Миссис Дженни, — поклонился он.
На меня он метнул быстрый взгляд. Бедняга стушевался; глаза его бегали. Ему бы очень хотелось не видеть меня, но правила приличия не позволяли игнорировать даму, к тому же дело, за которым он посетил Лаллиброх, напрямую касалось меня.
Дженни помогла ему, представляя меня.
— Мистер Маккензи, прошу любить и жаловать: Клэр, моя невестка. Клэр, познакомься: мистер Хобарт Маккензи из Кинуоллиса.
Мистер Хобарт вытаращил глаза. Я не решилась предложить ему помощь, подумав, что это испугает его еще больше. Рекомендаций Эмили Пост[16], изложенной в ее знаменитой книге, при мне не было.
— Рада знакомству, — обратилась я к Хобарту.
Он неуклюже поклонился, замялся и выдавил:
— Мэм… покорно благодарен.
Его страдания прервало появление нового гостя. Когда я увидела, кто вошел, я завопила от радости:
— Нед! Это же Нед Гоуэн!
В гостиную входил Нед Гоуэн, который в свое время спас мне жизнь, тот самый Нед, о котором недавно говорил Джейми.
В свои годы он походил на сушеное или печеное яблочко: морщины избороздили его лицо. Нед изменился, но его умные глаза остались прежними. Он вперил в меня свои черные бусины.
— Дорогая! — Узнав меня, он устремился ко мне, целуя руку и кланяясь. — Мне говорили, что…
— Нед, что вы здесь делаете?
— Я рад вашему возвращению!
— И я… то есть я рада видеть вас…
Маккензи кашлянул, напоминая, что любезность, присущая адвокатам, должна иметь свои границы. Старик воззрился на него, но быстро сообразил, в чем дело.
— Разумеется, моя дорогая. Вначале я изложу цель своего приезда, и мы обсудим дела. А затем я к вашим услугам — и я, и мои уши. Уверен, вам есть что порассказать нам.
— Да… — Я ничего не обещала наверняка, ведь мы еще не выдумали легенду о моих похождениях во Франции.
— Вот и прекрасно, вот и хорошо.
В комнату вошла Дженни. Она сняла плащ и пошла к зеркалу. Нед Гоуэн увидел ее и сообщил:
— Мистер Фрэзер и мистер Мюррей ждут в гостиной. Если дамы не против, то я попрошу мистера Маккензи пройти с нами. Мы быстро уладим дело и сможем получить удовольствие от рассказа о благословенной Франции. Дорогая?
Адвокат предложил мне руку.
Джейми все так же лежал на диване. Я не заметила признаков ухудшения его состояния или нервного возбуждения. Дети уже разбрелись или их забрали: на коленях у Джейми спал всего один малютка. Зато были видны последствия игр — на голове дядюшки красовались косички с вплетенными в них ленточками из шелка. Это выглядело очень комично.
— Ты словно Трусливый Лев из страны Оз. — Я присела у его ног.
Конечно, Хобарт Маккензи был абсолютно безобидным существом, но как знать, может, он сотворит что-нибудь в духе своей сестры. Я сочла необходимым охранять Джейми.
Он, конечно, не мог знать книги и переспросил:
— Почему трусливый?
— Давай после, а?
В гостиной собрались все: Дженни и Эуон заняли двухместное кресло, Маккензи и Гоуэн сидели на стульях с бархатной обивкой.
Мистер Гоуэн начал собрание:
— Все здесь? Мы никого не пропустили? Все пришли? Замечательно. Итак, согласно правилам я объявлю свои полномочия: здесь я представляю интересы миссис Джеймс Фрэзер как адвокат мистера Хобарта Маккензи.
Встретившись со мной взглядом, он поправился:
— Второй миссис Джеймс Фрэзер, урожденной Лаогеры Маккензи. Все ясно?
Джейми, на которого смотрел Гоуэн, кивнул.
— Чудесно.
Адвокат отпил из бокала, стоявшего на столике.
— Маккензи, которые являются моими клиентами, желают с моей помощью разрешить сложную ситуацию, связанную с непредвиденными обстоятельствами, например возвращение в Лаллиброх первой миссис Фрэзер, что, впрочем, не может по-своему не радовать. — Он сделал поклон в мою сторону.
Затем его черные глазки вперились в Джейми.
— Мой друг, я сожалею, однако же ваше положение весьма и весьма затруднительно. В юридическом смысле, разумеется.
Джейми обменялся взглядом с сестрой.
— Это не новость. Это происходит со мной довольно часто. В чем дело на этот раз?
