— Я не могу. Не могу позволить забрать моих моряков, спрятавшись под чужой личиной. Не будь наивной, англичаночка.
— Разве…
Называть шотландских контрабандистов своими людьми или своими моряками — это было слишком. Это же не родственники и не арендаторы, в конце концов. Тем более что кто-то из них предал Джейми. Как можно рисковать ради них, когда есть неотложное дело — поиски Эуона? Но зная Джейми, я понимала, что не имеет смысла протестовать против его решения. Он пригласил этих людей в команду, платит им за риск и за работу, нанял их в конце сезона, а значит, оторвал от домашних дел, следовательно, он и должен разделить с ними их участь и узнать, что им грозит. Это было по крайней мере справедливо.
— Обойдется, не переживай. Правда, я попрошу, чтобы сейчас мы назвались супругами Малкольм.
Произнеся эти тихие слова, Джейми выпустил мой локоть, сжал мне на прощание руку и прошел к тому месту, куда причалила шлюпка. Я пошла следом.
Не знаю, что ожидал увидеть капитан Рейнс, но он был поражен увиденным.
— Господи, твоя воля! Что это такое? — встретил он визитера, чья голова как раз появилась над бортом нашего корабля.
К нам пожаловал человек, которому было около двадцати пяти лет. Роскошный мундир, надетый на него, был слишком велик, а рубаха, наоборот, грязной. С первого взгляда можно было сказать, что он не спал несколько ночей, до того он выглядел уставшим, и действительно, он пошатнулся, едва ступил на нашу палубу.
— Это вы капитан? — Он безошибочно определил, что мистер Рейнс является капитаном «Артемиды», хотя рядом стоял и Джейми, и многие другие члены команды. — Позвольте представиться — Томас Леонард. Сейчас я выполняю обязанности капитана «Дельфина», корабля флота его величества. У вас есть хирург, умоляю?
Мы предложили ему стакан портвейна, и молодой англичанин, хрипевший от отчаяния и усталости, рассказал, что матросов «Дельфина» сразила какая-то эпидемия.
— Половина моряков не может встать с постелей. — Он утер подбородок; цвет его глаз, красных от бессонницы и напряжения, совпадал с цветом портвейна. — Тридцать матросов умерли, и я боюсь, что мы потеряем столько же, если не больше.
— Капитан, видимо, тоже умер? — уточнил мистер Рейнс.
— Да, он и старшие помощники умерли неделю назад, — сказал Леонард, краснея. — К несчастью, хирург и его помощник тоже отдали богу душу. Я же был всего лишь третьим помощником, и мне пришлось взять командование кораблем на себя.
Теперь было понятно, отчего капитан так молод и неопрятен. Будучи младшим офицером, он не мог знать всех премудростей управления военным кораблем, один экипаж которого насчитывал шестьсот человек. К тому же разразившаяся эпидемия, совладать с которой не мог и корабельный хирург, вознесла его на такую карьерную высоту и в то же время вынудила впасть к состоящие нервного истощения. На эти хрупкие плечи взвалилась непомерная ноша, нести которую этому юноше было не по силам.
— Ради бога, есть ли у вас кто-нибудь, кто знает толк во врачевании…
Капитан — теперь уже капитан — Леонард с мольбой смотрел на капитана Рейнса и Джейми, рассчитывая на поддержку. Джейми хмурился.
— Я являюсь корабельным хирургом «Артемиды». Что у вас произошло? — уверенно спросила я.
— Как, вы?
Капитан Леонард разинул рот, и я увидела белесый налет на языке. Видимо, он злоупотреблял табачной жвачкой.
— Это моя жена, она на редкость знающий человек в том, что касается медицины, — отозвался Джейми. — Расскажите, что у вас стряслось, и, думаю, она сможет подсказать способ лечения. Только вы должны неукоснительно следовать ее рекомендациям.
Англичанин воспрянул духом и объявил:
— Болезнь проявляется так: людей мучают спазмы в желудке, у них начинается понос и рвота. Также жар.
— Сыпь на животе? — предположила я.
— Да, и это тоже. И кровит из заднего прохода. Ох, простите, мэм. — Капитан «Дельфина» стушевался. — При даме не стоит употреблять…
— Забудьте. Я знаю, что это за болезнь, по крайней мере догадываюсь.
Я чувствовала тот душевный подъем, который ощущает любой врач, узнающий по описанию симптомов болезнь, уточняющий диагноз и ищущий пути лечения. Труба звала меня на подвиги, истинно!
— Разумеется, я не смогу сказать наверняка, не видя больных…
— Жена желает вам помочь и, несомненно, сделает это, но на борт вашего корабля она не поднимется, — заверил Джейми.
— Но… — В голосе Леонарда слышалось отчаяние. — Неужели миссис Малкольм не сможет…
— Нет, капитан, она не сможет, — отрезал Джейми, но одновременно с ним я твердо произнесла:
— Конечно, я смогу.
Джейми извинился, встал и вывел меня за руку в проход, откуда начинался кормовой трюм.
— Послушай, ты что, спятила? Кем нужно быть, чтобы выдумать эту прогулку на чумной корабль! И это когда мы ищем Эуона! Англичаночка, ты сумасшедшая — ставишь на карту жизни стольких людей по глупой прихоти! Пускай эти проклятые англичане передохнут — тебе какое до них дело?
— Корабль не чумной, — в свою очередь прошипела я, высвобождая руку из цепкой хватки Джейми. — Со мной будет все в порядке. Эй, шотландец, да отпусти же!
