Во всех смыслах опустошенный Джейми тяжело опирался на переборку, когда открылась дверь и в нее влетел свет от фонаря.
— Мистер Фрэзер, мы очень сожалеем, вы должны знать…
Голос был мягкий, но настойчивый, хорошо поставленный. Он принадлежал капитану Леонарду, этому щенку, который еще смеет жалеть о том, что по его приказу Клэр выброшена за борт, и смеет извещать об этом его, Джейми, ее мужа!
Снова, как и прежде, когда пришел в себя от ужасной мысли, Джейми вскочил на ноги и побежал. Куда — он сам бы не мог сказать, палуба уходила из-под ног, но он налетел на Тома Леонарда и бросил его в проход на доски палубы. Люди забегали, замельтешил свет от других фонарей, но Джейми это уже не интересовало.
Он ударил капитана в челюсть, а потом в нос, отчего тот должен был если не умереть на месте, то по крайней мере остаться калекой на всю жизнь. С ним нужно было посчитаться во что бы то ни стало, пусть даже для этого придется умереть, но это будет смерть за смерть, кровь за кровь. Враг повержен, но его нужно уничтожить, убить, стереть с лица земли, так, чтобы слышать хруст его костей и чувствовать на руках его кровь. Господи Боже, и ты, святой Михаил, помогите отомстить!
Его оттаскивали и пытались сдержать, но он дрался как лев, пока вконец не обессилел и не понял, что его сейчас будут убивать. Это было неважно, все было неважно, кроме того, что Клэр мертва… Он упал, забился и затих.
Следующий удар заставил его потерять сознание.
Джейми пришел в себя, только когда по его лицу зашарили руки. «Англичаночка, вот ты где, — подумал он, — а я так долго тебя искал…» Но когда он взял предполагаемую англичаночку за руку, он дотронулся до…
— А-а-а-а!
Лучшего средства привести больного в чувство не было: волосатый паук, путаясь в огненно-рыжих волосах, убегал в кусты, будучи испуганным так же, как и сам Джейми.
Хихиканье заставило его обернуться. Джейми обмер, но развернулся резко, надеясь напугать неведомого противника, но, кроме ребятишек, сидевших на дереве, рядом никого не было. Малыши вшестером висели на ветках, скаля темные от табачной жвачки зубы.
Джейми решил приветствовать их учтиво, насколько это было возможно с его подгибающимися коленями, и попытался неловко поклониться.
— Mesdemoiselles, messieurs, — заговорил он отчего-то по-французски.
Вполне возможно, что они галдели именно на этом языке, и он подсознательно отметил французскую речь на этих землях.
Они и впрямь затарахтели по-французски, но со странным, креольским, акцентом.
— Vous êtes matelot?[32] — этот вопрос был задан самым рослым ребенком, с интересом таращившимся на него.
— Non, je suis guerrier[33], — признался Джейми, говоря с трудом из-за мучившей его жажды.
Трещавшая башка никак не могла подбросить сколько-нибудь приличного объяснения тому, как он очутился здесь. Где он? Кто эти дети? Что с ним было? Где Клэр? Обрывки мыслей и воспоминания, появлявшиеся в мозгу, только запутывали его.
— Ты солдат? — не поверил черноглазый мальчонка. — А где же шпага и pistola? Без этого ты не можешь быть солдатом, — справедливо рассудил он, изумившись тому, с какой наглостью Джейми называет себя солдатом без должных на то оснований.
— Прекрати, дурак. Ты слишком наивный. Подумай сам, как бы он плыл с pistola? Оружие тяжелое, оттянул бы на дно. А ты дурак, набитый дурак, и вместо головы у тебя гуайява, — одернула его старшая девочка.
— Замолчи немедленно! — вспыхнул гуайявоголовый.
— Навозная рожа!
— Кишки от лягушки!
— Башка с какашками!
Начавшаяся кутерьма с лазаньем по веткам дала Джейми возможность осмотреться. Дети бегали по ветвям, словно обезьянки по пальме. Старшая девочка посмотрела на шотландца, и он поманил ее к себе:
— Мадемуазель!
Она, висевшая на ветке вместе со всеми, легко отпустила ветку и упала на землю, как падает спелый фрукт. Ввиду теплой тропической погоды она была без обуви и в одной рубашонке из муслина. Черные красивые кудри покрыла косынка.
— Monsieur?
— Вы здраво рассуждаете, как я заметил. Не будете ли вы любезны подсказать бедному путнику, куда он попал?
— Это Кап-Аитьен, — с готовностью выпалила она, нисколько не боясь солдата без pistola. — Ха, как вы смешно говорите!
— А вы подскажете мне, где найти здесь воду? Мне страшно хочется пить.
Кап-Аитьен находился на острове Эспаньола. Как же он сюда попал? В мозгу запечатлелись обрывки воспоминаний: вот он пытается удержаться на пенных волнах, но это плохо удается, вот бушующее море, грозящее утопить его, вот проливной хлещущий дождь.
— Сюда, monsieur, сюда!
Девочка уже тянула его к источнику.
Джейми встал на колени у воды, умылся, плеснув горстью в лицо, и набрал манящую влагу в пригоршни. Дети, не обращая более на него внимания, бегали по скалам и бросались глиной.
Одноглазый моряк, напуганный капитан Леонард, кровь на руках и рукаве Monsieur — все это постепенно складывалось в единую картину.
