– У знаменитой французской кухни долгая история, которая ведет начало со времени галлов. Любимым их блюдом был дикий поросенок, нашпигованный чесноком, зажаренный на медленном огне и гарнированный диким зайцем, каплуном, гусем или иной дичью. Тем самым вкусы галлов в корне отличались от вкусов римлян, которые, полулежа, поглощали самые абсурдные блюда, например, язычки соловьев или мозги страусов. Так говорит наука история. Тем не менее, французская кухня первоначально находилась под влиянием римлян и смахивала больше на… карнавал.
Огромные горы мяса, рыбы и птицы тащили с кухни слуги, снующие вдоль длинных столов. В моде, например, было такое блюдо: жаворонок в курице, курица в гусе, гусь в дрофе, а все это в лебеде. Хлеб был преимущественно ржаным, невысокого качества. Кроме того, горожане и крестьяне ели много каши, бобов под чесночным соусом и изредка – сыр и рыбу. Для овощей и фруктов рацион тоже был небольшой. Пище не хватало остроты: пряности стоили очень дорого, в обычной еде их заменяли соусами из чеснока, лука и всевозможных трав, а также уксусом и горчицей.
Мы привыкли, что французская кухня известна на весь мир изысканной кулинарной традицией. Названия сотен блюд пришли к нам из французского языка. Но вот пресловутая любовь французов к лягушачьим лапкам – явное преувеличение. Лягушачьи лапки действительно присутствуют в богатом спектре блюд, но повседневным блюдом француза их никак не назовешь. Чаще употребляются в пищу виноградные улитки с зеленью и пряностями, которых бывает так много, что вкуса улитки и не различишь. Наряду с Эйфелевой башней и Лувром, особенностью национального наследия Франции теперь является и фуа-гра. Это печень утки или гуся, специально раскормленных путем насильственного питания. Но мы сегодня будем есть блюдо старой французской кухни – кролика.
Она продолжала сервировать стол. Разложила салфетки. Зажгла свечи. И победоносно закончила:
– Одна из особенностей французской кухни – активное использование виноградного вина, коньяка и ликера в приготовлении самых разнообразных блюд. Или в их употреблении за столом.
– Браво мадемуазель, – зааплодировал Пилигрим, жестом фокусника извлекая из стоящей с ним рядом корзины и ставя на стол бутылки старого французского Бордо и коньяка. – Я ваш должник. Но, как там сказал поручик Ржевский? Но долго быть в долгу я не привык. Садитесь. Рассказ за мной. Откуда столько знаний?
– Стажировка в Сорбонне, – скромно потупилась Маша.
Когда свечи догорели до половины, и коньяк с вином плескались на самом донышке бокалов, Пилигрим напомнил, что за ним должок, и он готов его отдать.
– Долги надо отдавать, – философски согласился Борисыч.
– Тогда слушайте. Вот наша Сорбоннская стажерка рассказала, что были такие тамплиеры, и разгромил орден, по крайней мере, во Франции, французский король Филипп по прозвищу Красивый. В основе такого неблаговидного поступка элементарная алчность. Благо в столице его государства Париже стоял огромный Тампль, то есть хранилище казны тамплиеров. А они, по легендам, были сказочно богаты. Я правильно излагаю, мадемуазель? – повернулся он к Маше.
– Точно так, – улыбнулась девушка.
– Однако жадный король просчитался. Ровно за день до того как произошел арест братьев ордена… А надо вам сказать, произошло это 13 октября 1307 года в пятницу. Так вот, в ночь перед пятницей 13-го из ворот Тампля выехали груженые подводы в сопровождении 60 лучших рыцарей ордена. Они уехали в порт Ля Рашель, откуда отплыли 18 галер, нагруженных сокровищами храмовников. Следы этих галер теряются в в пучине морей и океанов. – Пилигрим поворошил угли длинной кочергой, и костер вспыхнул ярче, отбрасывая ломаные тени.
– И что сокровища, пропали? И нет никаких версий? – спросил Леша.
– Отчего же, версий как раз хватает. Одни говорят, галеры уплыли на север в Англию. Оттого, мол, и разразилась столетняя война. Другие – что на запад, в далекую Америку, задолго до Христофора Колумба. И есть целая отрасль, исследующая государства тамплиеров на Американском континенте. Но имеется версия, что корабли храмовников, переплыв Балтийское море, вошли в устье Невы и через Ладогу, реку Свирь, Онегу и северные реки, так называемым Соловецким путем, пришли на берега реки Москвы, туда, где стоял Чудов монастырь. Били челом князю Владимирскому, которому тогда принадлежала Москва, люду московскому и митрополиту с просьбой приютить «темпличей Соломоновых, галльским королем обиженных». Вот с тех пор и засияли над Русью золотые купола, и с тех самых пор поднялся город Богородицы Москва во главе всех городов русских.
– Ну, это уж байки! – махнул рукой Леша.
– Байки не байки, а пришлось нам с соседом вашим окунуться в историю этих самых тамплиеров здесь вот, на нашей земельке Можайской. Так что слушайте про наши с вами мирские дела и про далеких рыцарей из легендарных крестовых походов, – Пилигрим помолчал немного. – Так говорите, были в Можайске?
– Были, – ответил Леша.
– И собор на горе видели?
– Видели.
