– Вот! – Пилигрим резко встал и закрутил головой. – Вот! Кого ж, я думаю, он мне напоминает? – и повернулся к скульптуре Николы Можайского. – Теперь понял. Жака де Моле! Какой ты молодец, что увидел. К 500-летию разгрома ордена тамплиеров строят Никольскую башню, а к 500-летию казни Великого магистра – собор в Можайске, где стоит его изваяние. Вот это да! Уж не хочешь ли ты сказать, товарищ генерал, что ночные мессы здесь служат тамплиеры?!
– Поживем – увидим, – философски изрек генерал.
После осмотра собора и территории кремля группа собралась на полянке над обрывистым склоном холма. Расселись по кругу. Генерал и Пилигрим расположились в центре, и начался экспресс-обмен впечатлениями и предположениями.
– Кто-нибудь помнит, есть упоминание о соборе в делах советских тамплиеров 30-х годов? – спросил генерал.
– Нет, – ответила девушка из группы. – По делам «Ордена Света» и других антисоветских организаций этого толка собор в Можайске не проходит.
– А в делах ОГПУ или НКВД он фигурирует? – не унимался генерал.
– В послевоенных делах НКВД о проведении спецоперации по очищению города от уголовных элементов и пособников фашистов есть упоминание, – ответила та же девушка.
«Архивистка», – подумал Пилигрим.
– И что там? – повернулся к ней генерал.
– Там сказано, что преступные группировки укрываются в подземных ходах, оставшихся от разветвленной системы тайных подземелий кремля и соседних монастырей.
– Так в городе была система подземных ходов?! – не утерпел Пилигрим.
– Была, – невозмутимо подтвердила девушка. – После спецоперации ходы замуровали, но я спускалась в подвал собора. Там в стенах есть не заделанные проломы. Заглянув в них, можно увидеть арочные пустоты. Они частично завалены кирпичом и белым камнем.
– Спасибо, – остановил ее генерал. – Какие соображения?
– Засадку бы поставить, – пробормотал крепыш лет двадцати.
– Поставим, – поддержал генерал.
На этом совещание закончилось. Засада результатов не дала. Больше ночных месс в соборе никто не проводил. Наверное были правы следователи ОГПУ в далекие 1930-е годы, когда писали, что организация является широко разветвленной и имеет своих людей на всех уровнях власти. Кто-то предупредил, что место тайной службы раскрыто. Опрос местных жителей, особенно тех, чье детство прошло вблизи Новоникольского собора, показал, что о подземных ходах и пустотах в стенах собора они знали давно. В голоштанное детство многие сами лазали по ним и уходили далеко в глубину. Однако никто целиком подземные ходы не проходил. Максимум доходили до Лужецкого монастыря. При этом все, кто знал о ходах, утверждали, что подземелья тянутся далеко, и там, в глубине, есть подземный храм с золотыми колоннами, а служит там службу сам Никола Можайский, одетый в белый плащ с красными крестами. Вокруг же стоят священники, так же одетые в белые плащи. Одна старушка добавила, крестясь, что это божье войско, то, что хранит град Можайск от врагов и страшных болезней.
Присланные из столицы спелеологи никакого храма, или пещеры, или грота не нашли, но натолкнулись на свежие обвалы практически во всех ходах, ведущих в глубину. Попытки прорыть один из обвалов результатов не дали. Плывун засыпал ход постоянно. Запросили разрешения на заморозку грунта, но не получили. Отказ пришел с мотивировкой, что тратить деньги на проверки недоказанных версий нерентабельно.
Еще один ход нашли в старой часовне, которая служила теперь сторожкой при входе в кремль. Искать в ней начали после изучения архивов. В них упоминался визит императора Александра I в Можайск. Так вот, в документах было сказано, что император молился не в соборе, а в часовне рядом. Это нас удивило. Как это царь Российский молился не у общероссийской святыни, а в двух шагах от нее, в часовне. Начали поиски, и нашли подземный ход, ведущий прямо в алтарную часть храма. Видимо, Александр I зашел в сторожку, а затем перешел в собор по подземному ходу. Сделал он это, чтобы провести какую-то тайную церемонию. В 1818 году, когда приезжал в Можайск, он еще был сторонником всяческих тайных учений, распространенных среди масонов и тамплиеров.
На этом историю о тамплиерах в Можайске можно было бы закончить и сдать в архив. Но все имеет продолжение. Год спустя при реставрации смыли побелку со старой живописи, и в нескольких местах обнаружили поверх росписи шестиконечные звезды, нарисованные красной краской. Оставить эти знаки могли только после 1933 года, то есть после закрытия и разорения собора, но до 1935 года, когда в его стенах обосновалась фабрика и забелила стены. Так что напрасно Можайский собор не упомянут в делах советских тамплиеров. Вот тогда под видом укрепления фундаментов в древней толще стен основания собора по всему периметру были просверлены отверстия большого диаметра через каждый метр. Через образовавшиеся каналы, больше напоминающие решето, в фундамент начали загонять раствор цемента. Ходы были настолько обширны, что в некоторые скважины ушло по несколько машин раствора, но пустота так и осталась. Замуровав подземелья, на этом успокоились.
