Назначение Суровикина вызвало немедленное изменение тактики, поскольку 10 октября Россия начала наносить ракетные удары по всей стране. Удары России по Киеву были первыми с июня и отражали согласованную стратегию, направленную на электрическую инфраструктуру Украины. Эти удары были с ликованием встречены российскими сторонниками жесткой линии. Кадыров приветствовал удары как возмездие за "чудовищное угнетение" Украиной сотен тысяч мирных жителей Донбасса и заявил, что он на 100% удовлетворен тем, как Россия ведет войну.149 Медведев оценил действия России в аналогичных выражениях, заявив: "Первый эпизод сыгран. Будут и другие" и призвал к смене режима в Украине.150 В передаче Скабеевой "Россия-1" 19 октября Гурулёв призвал к систематическому разрушению инфраструктуры электроснабжения Киева, чтобы уничтожить его канализационную систему и создать искусственную эпидемию. Гурулев призвал Россию усилить атаки на центры управления железными дорогами и банками, чтобы нарушить финансовую систему Украины. Когда соведущий Евгений Попов укорил Гурулева, заявив, что Россия наносит удары по украинским военным, а не по гражданскому населению, Гурулев настаивал, что эти удары необходимы для того, чтобы помешать украинским заводам производить оружие или ремонтировать поврежденное оборудование. Несмотря на осуждение Запада и поступление систем ПВО класса НАТО, начиная с немецких IRIS-T, российские беспилотники и ракеты продолжали наносить удары по украинской инфраструктуре. К 1 ноября Зеленский признал, что 40% инфраструктуры электроснабжения Украины было повреждено, и Киев разработал планы эвакуации на случай длительного прекращения подачи воды и электроэнергии.
Военные перспективы России в Украине оставались мрачными перед началом зимней войны. 19 октября Суровикин признал, что ситуация в Херсоне "очень сложная", поскольку "противник не оставляет попыток атаковать позиции российских войск".151 Позже в тот же день Александр Коц сообщил Скабеевой, что украинские силы превосходят российские в соотношении 4:1. 9 ноября Стремоусов объявил, что украинские силы закрепились в Снегуровке после интенсивных столкновений; впоследствии Стремоусов погиб в автокатастрофе в Геническе на Азовском море. Тактика выжженной земли, применяемая Россией в Херсоне, также подчеркнула уязвимость ее оккупации. 21 октября Зеленский предупредил, что Россия планирует взорвать двухмильную плотину Новой Каховки, что приведет к "масштабной катастрофе" для украинских городов. Ужасные предупреждения Зеленского, скорее всего, были ссылкой на возможное разрушение Северо-Крымского канала и нарушение работы ЗАЭС в результате неконтролируемого наводнения. Сотрудники украинской разведки полагали, что Россия начала разработку Новой Каховки в апреле, но ускорила эти усилия в середине октября, поскольку на дороге у дамбы были установлены два военных автомобиля, начиненных взрывчаткой.152 Предупреждения Суровикина о неизбежном нападении Украины на Новую Каховку, за которыми последовали сообщения об отключении электроэнергии российскими властями и сообщения российских СМИ об обстреле дамбы, увеличили риск этого разрушительного сценария. Непосредственно перед смертью Стремоусова Россия взорвала четыре моста, чтобы замедлить продвижение украинских войск, включая мост в Дарьевке через реку Ингулец и два моста в Снигуровке.
Учитывая эти негативные факторы, устойчивость российской оккупации Херсона остается под вопросом. В конце октября Сальдо и Стремоусов начали призывать мирных жителей Херсона покинуть западный берег Днепра через лодочные переправы вглубь российской территории . Первоначальной целью была эвакуация 60 000 гражданских лиц из Херсона; к 22 октября Стремоусов утверждал, что было эвакуировано 25 000 гражданских лиц. Снятие российского флага с главного административного здания Херсона, анекдотические сообщения о краже автомобилей, машин скорой помощи и тракторов, а также хищение предметов культурного наследия, таких как кости Григория Потемкина, указывали на уход русских.153 Местные жители относились к уходу России более скептически, поскольку российские войска, по сообщениям, переоделись в гражданскую одежду и вошли в заброшенные дома в Херсоне, и опасались интенсивной городской войны по типу Мариупольской в зимние месяцы.154 Украинские власти также были свидетелями того, как российские войска создавали оборонительные позиции на окраинах Херсона, что означает, что отход из Чернобаевки и Степановки мог быть фикцией.155 Украинские чиновники представили эти эвакуации как прикрытие для насильственных депортаций и использования гражданского населения в качестве живого щита.156 Продолжающиеся похищения детей из Херсона, которые не возвращались из российских летних школ, сообщения о принудительной эвакуации в Краснодар в Сибири и появление 2 000 жителей Херсона в лагерях в Евпатории, Крым, указывали на эту практику.157
