Хотя Индо-Тихоокеанский регион был основой многополярной внешней политики России, Москва также использовала возможности для утверждения себя в качестве восходящей державы на Ближнем Востоке, в Африке и Латинской Америке. В то время как поддержка Россией Башара Асада ограничивала перспективы сотрудничества с Турцией, Саудовской Аравией и Катаром, нежелание Израиля критиковать аннексию Крыма и трения президента Египта Абдель Фаттаха эль-Сиси с США по вопросам прав человека создали для Москвы новые возможности. Координация действий России с Западом по реализации ядерной сделки в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (JCPOA), военное сотрудничество с Ираном в Сирии и противодействие военной интервенции в Йемене под руководством Саудовской Аравии в марте 2015 года укрепили партнерство Москвы и Тегерана. Доминирующее положение России на рынке вооружений и солидарность Москвы с авторитарными режимами, такими как Зимбабве при президенте Роберте Мугабе и Судан при президенте Омаре аль-Башире, позволили ей подписать девятнадцать соглашений о военном сотрудничестве в Африке после 2014 года. Растущее присутствие России в сфере безопасности в Африке, которое в конечном итоге распространилось на развертывание ЧВК группы "Вагнер", совпало с расширением экономического присутствия Москвы в горнодобывающей промышленности и гражданской ядерной энергетике. Хотя экономическое присутствие России в Латинской Америке исторически было сосредоточено в Мексике и Бразилии, сочувственное отношение левых режимов к ее политике в Украине позволило Москве расширить партнерство с Кубой, Боливией, Никарагуа и Венесуэлой. В ответ на критику НАТО в адрес российской военной интервенции на Донбассе, российские военные совершили полет дальних бомбардировщиков в Мексиканский залив, что подчеркнуло их желание военным путем противостоять доктрине Монро.141 Хотя амбиции России по проецированию глобальной силы имели неглубокую экономическую основу, война в Украине позволила ей представить себя в качестве "виртуальной великой державы" на мировой арене. Эта проекция статуса великой державы ускорится в годы, предшествовавшие вторжению в Украину в феврале 2022 года, поскольку отношения с Западом продолжали неумолимо ухудшаться.
Балансирование на грани войны и размораживание Украинской войны
21 февраля 2022 года Владимир Путин в воинственном телеобращении разморозил войну России с Украиной.1 В своей пятидесятипятиминутной речи Путин упрекнул советских лидеров, таких как Ленин, Сталин и Горбачев, за отделение Украины от России и заявил, что демократизация и децентрализация привели к "краху исторической России". Путин поклялся исправить эти исторические ошибки, заявив, что "Украина для нас не просто соседняя страна. Это неотъемлемая часть нашей собственной истории, культуры и духовного пространства". Путин также резко высказался в адрес украинских властей, обвинив Киев в захвате советского золотого запаса и зарубежных активов, игре на стороне России и Запада и поисках оружия массового уничтожения. Путин предупредил, что Украина может легко создать тактическое ядерное оружие при иностранной поддержке, поскольку у нее есть доступ к ядерным технологиям советского периода и средствам доставки, таким как высокоточные тактические ракеты "Точка-У" с дальностью действия более 100 км. Путин также заявил, что Украина глубоко встроена в командно-контрольную архитектуру НАТО, поскольку НАТО использовало учения как предлог для интеграции украинских войск в свой военный блок и отдавало приказы украинским вооруженным силам. Путин объяснил прозападную ориентацию Украины коррупцией в элите, поскольку украинские олигархи скрывают миллиарды долларов отмытых денег в западных финансовых учреждениях.
Если изображение Путиным Украины как воинственного марионетки НАТО соответствовало многолетней кремлевской пропаганде, то его заявления по Донбассу стали переломным моментом в восьмилетнем конфликте России с Украиной. Путин предупредил, что ситуация в Донбассе достигла "острой, критической стадии", и обвинил Украину в попытке организовать блицкриг в регионе по образцу антитеррористической операции 2014-15 годов. Непосредственная угроза украинского вторжения в Донбасс вынудила Путина признать Донецкую и Луганскую народные республики независимыми государствами. Одним махом Путин объявил соглашения Минска II несуществующими и приказал российским войскам войти в Донбасс для выполнения "миротворческих функций".2 Это военное развертывание подготовило почву для полномасштабного вторжения России в Украину 24 февраля.
