Из разрушенной стены все еще сыпались кирпичи. Два кирпича угодили в пузырь, отскочили и полетели дальше. Кине не смела дышать. Даже думать боялась. Ее трясло. А Ингеборг внизу преспокойно распечатывала пакетик с лимонными пастилками и ухом не вела. Никакого грохота она не слышала, и это подтвердило догадку Кине, что бабка совершенно глухая, а музыку ругает из вредности.
Послышалось шуршание: Кине приняла его за град. Но это шуршал снег, похожий на золу. Он взвился вверх, когда пузырь начал падать, а теперь оседал на пол.
Показался автобус. Подрулил к остановке. Ингеборг потопала, чтобы стряхнуть грязь с обуви, прежде чем войти в него. Двери захлопнулись, автобус спокойно отъехал. Водитель тоже не заметил Кине, которая растопырила ноги и руки, как белка-летяга.
Она постаралась собраться с мыслями. Что, собственно, произошло? Она протаранила стену! Потому что в голове у нее промелькнуло слово: «Прочь!» А потом она крикнула: «Стоп!» И пузырь остановился.
Кине отпихнула куклу и с трудом поднялась на ноги. Колени дрожали. Просто жуть! Счастье, что она не погибла. А ведь булавки, торчавшие из куклы, могли ее проткнуть, как шампуры. Шашлык а-ля Кине.
– Наверх, – сказала Кине тихо, чтобы пузырь не слишком резко тронулся с места. Пузырь поплыл вверх. Может, и говорить было незачем? Достаточно подумать?
«Стоп», – подумала Кине. Пузырь остановился. Кине оперлась на стекло. Прямо перед ней в стене дома зияла дыра. По краям дыры торчали куски арматуры, висели обломки штукатурки, будто какой-то безумец ударил в стену кувалдой. Часть оконного карниза вылетела, окно было разбито. В образовавшейся пробоине безмолвно стояли мама, папа и четверо пожарных в желтой форме. Все смотрели на Кине. Даже ворона на крыше.
Казалось, мир замер. Кусок оконного стекла вывалился наружу и полетел вниз. Прошла целая вечность, прежде чем снизу послышался звон. На арматуре, торчавшей из стены, висела какая-то тряпка. Розовая футболка, которую папа вытащил вместе с Кине из-под кровати. Футболку трепал ветер, потом сорвал с арматурины и куда-то унес.
У Кине сдавило горло.
Окей. До чего она докатилась.
На счету Кине было много всякого, но сейчас она побила личный рекорд. Спихнуть Заразу в воду, попытаться обмануть папу, забыть завтрак в рюкзаке, прогулять школу – оказывается, все это были еще цветочки. Смотреть на разрушенную стену было больно. И встречать укоризненные взгляды мамы и папы – тоже. Единственное, что оставалось, – покинуть это проклятое место навсегда.
Пузырь сдал назад, будто угадал ее мысли. Она пролетела над соседним двором, над кварталом из маленьких домиков. Все дальше и дальше, пока развороченная стена не скрылась из виду. А за ней дом. И вся улица.
Кине лежала и прислушивалась, не раздадутся ли в темноте голоса диких зверей. Пару раз каркнули вороны, и снова тишина. Хотя бог знает, кто мог притаиться в дремучем лесу. Возможно, медведь. А как он рычит? Может, свирепый лось, способный рогами выворачивать деревья из земли. Не говоря уже о волках. В том числе волках-оборотнях. Ладно, оставим оборотней, но и кроме них полно всякой жути. В дикой природе кто угодно может повстречаться.
Впрочем, была и хорошая новость: вытянув шею, Кине все еще могла видеть городские огни. То есть на Аляску ее пока не занесло. Ну а потом – как знать… Хорошо, что у нее есть пузырь. Ее неприступная крепость, убежище в гуще леса. Ей было тепло. Безопасно. Но голодно…
А, может, Аляска – не такая уж плохая идея? Она могла бы там жить, как жили люди с древних времен: рыбачить, охотиться – и плевать на всех. Конечно, кто спорит, и в древности случались засады, но никто никого не загонял в бассейн и не заставлял напяливать костюм ангела с крылышками. А вот с нынешним миром проблемы. Люди принуждают друг друга заниматься всякой хренью, и вовсе не ради выживания. Кине создана для свободной жизни. Пусть и на Аляске. А куда ей еще податься? Домой вернуться нельзя. Что, собственно, ждет ее дома? Комната с выломанной стеной на пятом этаже, папа с недоумением на лице, мама, которая орет, как чайка, и… пожарные?
Вот еще, кстати, преимущество древнего образа жизни: никаких пожарных. Во всяком случае, Кине о древних пожарных не слыхала.
Она взяла телефон, хотя у нее с души от него воротило. Она знала, что в нем увидит, и не ошиблась. Град сообщений, и все насчет этой дикой истории. Она бегло их просмотрела. Большинство были от мамы и папы. Самые разные, начиная от «
Освещенная голубым светом дисплея, кукла выглядела еще ужаснее. Казалось, через телефон в пузырь проникло излучение реальности и осквернило его. Уничтожило свободу.
Кине продолжала просматривать сообщения, многие были от Авроры.