— Лежи смертный. Лежи спокойно и может быть поживёшь ещё немного… — Высокий девчачий колос, раздавшийся из-под маски, совершенно не вязался с угрозой, исходившей от говорившего.
Поняв, что вот прямо сейчас его убивать не собираются, бандит несмело осмотрелся по сторонам. Над телами хозяев склонилась ещё одна фигура в плаще, ловко отрезая у трупов уши и носы. Из догоравшего шатра вышел великан в медвежьей шкуре, неся на плече заветный сундук с добытым золотом, в другой сжимая стопку каких-то бумаг. Помотав огромной башкой, великан подставил свитки лунному свету, несколько мгновений постоял, и с раздражённым рыком отбросил бесполезный мусор в сторону.
Ещё двое пришлых стягивали оружие и доспехи с убитых наёмников. Прииск, ещё вчера казавшийся Фенку достаточно надёжной неволей, с двухразовым питанием и в меру тяжёлой работой, за четверть часа превратился в озаряемое пламенем пожара, место кровавой бойни.
Скинув сундук рядом с пленным, великан, явно бывший у этой шайки атаманом, пошёл к обобранным трупам наёмников, по пути подобрав оторванную голову первого погибшего бедолаги. Достав из-под медвежьей шкуры топор, великан по очереди отрубил головы убитых им людей, складывая их в заплечный мешок.
Всего каторжник успел увидеть пятерых нападавших. Великан подошёл к девушке и постояв мгновения отвернулся. Ноги Фенка почувствовали свободу от опостылевших за годы каторги, кандалов и тут же были беспощадно скручены тугими узлами верёвки. Та же судьба постигла руки бандита. Длинная жердь, ловко продетая в узлы верёвок, послужила для Фенка транспортным средством на остаток ночи. Так и покинул старый каторжник свою последнюю в жизни неволю, связанный по рукам и ногам, и подвешенный к жердине, как только что добытый олень. Нападавшие, так и не произнеся ни единого слова, уходили в ночную тишину леса, отягощённые трофеями и одним живым смертным.
— Зачем нам смертный? — Сидя у костра, спросила Ласка, протыкая длинной игрой, только что добытые уши людей. Жуткое ожерелье, пополнялось новыми трофеями.
Закинув последнюю голову из заплечного мешка, на вершину муравейника, и убедившись, что маленькие помощники принялись очищать кости от мёртвой, плоти, к девушке обернулся Шатун. — Привада. Мы выманим тролля из гиблых болот с помощью пленника, Ласка.
Девица хищно ухмыльнулась, очередная в её жизни связка трофеев заняла положенное место на ветвях древа стража. Полностью лишённое листвы, покрытое грубой корой, древо-страж возвышалось в центре ритуального круга камней. Вокруг древа, мстители насыпали курган из начисто лишённых остатков плоти черепов. Ствол и ветви древа были увешаны, гирляндами из ушей, носов и скальпов тех, кто посмел вторгнуться в ареал стражей Темнолесья. В корнях поблескивали металлом, трофеи, снятые со смертных воинов, оружие и доспехи. Утром, Шатун водрузил к уже имевшемуся, небольшой, окованным железными полосами сундук. Жёлтый метал обладал удивительной властью над "мартышками" как презрительно называли смертных мстители.
Когда-то давно, во времена, которые нынче помнят только высокие, вся граница Вечного леса, была засеяна такими деревьями. В то мирное время, живые стражи неприступной стеной отгораживали Вечный лес от враждебных порождений внешнего мира. Силы стражей хватало, что бы дети леса могли мирно жить в краю мирного неба и доброй охоты, но… Потом появились люди.
Они плодились как саранча, заполонив почти все доступные уголки этого мира. Алчность, жажда наживы и богатства однажды привела смертных и сюда. Дева Озера, услышав стоны умирающих под топорами и палом деревьев, избрала самых сильных и смелых охотников, и лес был очищен… В ту ночь пролилась первая кровь, и в круге трохеев появились первые черепа и ожерелья доблести.
Шатун часто вспоминал ту первую охоту. Ещё молодой авари, вставший на тропу зверя, он был поражён и разгневан варварским разгулом чужаков. Рубившие деревья для всего, что они считали нужным в своём новом доме. Нелепые деревянные городушки вокруг стойбищ, деревянные же шатры, вонь немытых тел и выгребных ям. Животные, из далёких краёв, которых смертные содержали в неволе, используя как транспорт и тягловую силу. А потом резали, даже не давая возможности к сопротивлению.
Увидев это, Ивушка, любимая племянница попросила дядю, дать ей шанс выйти к смертным и объясниться добрым словом, попытаться решить дело без пролития крови. Тем утром Шатун видел её последний раз среди живых. Позже, захватив стойбище и покарав всех, кто попался охотникам в ту ночь, Шатун нашёл тело девушки, в одном из самых больших шатров, нагое и истерзанное. Ивушка умирала долго… И мучительно… В ту ночь была принесена первая клятва, первым мстителем. Без жалости и без пощады уничтожать всех смертных, пересекающих границы леса. И не только…
