Правитель Урука смерил меня раздражённым взглядом, к которому я уже начала привыкать, хлопнул в ладоши, и зал заполнили девушки в белых одеждах. Одна, в длинном зелёном одеянии, поклонилась Гильгамешу. И работа закипела! Девушки окружили меня со всех сторон, я лишилась одежды, быстрее, чем успела сосчитать до трёх. Мне расчёсывали волосы, окутывали тело тончайшей тканью, я вздрогнула от холода охватившего шею ожерелья.На голову легла диадема, на запястья – браслеты, пальцы унизали кольцами, в уши вдели серьги, дунули на меня каким-то светящимся составом… Всё – очень быстро и без единого звука. Я затравленно оглянулась на невозмутимо наблюдавшего за всем Гильгамеша.
– Владыка сможет рассмотреть меня за всем этим?..
На две трети бог ничего не ответил, только просканировал меня оценивающим взглядом и удовлетворённо кивнул. Девушки тотчас отступили, а я, увидев себя в зеркале, сдавленно ахнула. Поистине одежда делает человека! Я и раньше не считала себя обиженной природой, но сейчас из зеркальной стены на меня смотрела настоящая красавица в невесомом небесно-голубом одеянии. Синие глаза блестели ярче переливавшихся на груди сапфиров, тёмные волосы аккуратными локонами спускались по плечам, а кожа… благодаря распылённому составу, она действительно казалась сотканной из лунного света! Я вспомнила недавние слова Гильгамеша: "Она должна быть подобна прекрасной молчаливой статуе." Что ж, красота достигнута. Что до молчания… Словно в ответ на мои мысли, одна из дев поднесла мне чашу с какой-то жидкостью.
– Это – маковый отвар? – я снова повернулась к Гильгамешу. – Могу выпить, но, честно, не советую мне его давать. В моём мире это – наркотик, который действует на людей возбуждающе. Могу накинуться на вашего Владыку прямо в тронном зале. А если не успеешь меня к нему подвести, то и на тебя. Так что— решай сам.
На лице державшей чашу девушки отразиласьрастерянность, она беспомощно посмотрела на Бесстрашного, тот раздражённо махнул рукой.
– Верное решение, – похвалила я.– А то вдруг я всё же не в его вкусе? Хотя вы превзошли себя! – я обвела девушек благодарным взглядом. – Спасибо!
Девушки всем своим видом выразили недоумение. Интересно, что говорят в подобных случаях местные?
– Всё готово, – перед Гильгамешем, словно из воздуха, возникли Бази и Гирру – ине заметила их отсутствия во время переодевания.
– Хорошо, – распорядился Гильгамеш и посмотрел на толпившихся вокруг девиц. – Оставьте нас!
Зал с зеркалами в мгновение ока опустел, а правитель Урука, грозно сдвинув брови, направился ко мне.
– Я… буду молчать, – торопливо пообещала я.– Скорее всего… очень постараюсь! Но от волнения могу и…
– Ты знаешь, где находишься? – перебил он. – Конечно, нет. Вселенная устроена гораздо сложнее, чем может уяснить человеческий разум. Мириады миров, пространств и времён сплетены в ней, сливаясь, расходясь и снова перетекая одна в другую. В давние времена реальности всех божественных пантеонов были одним целым с реальностью людей. Смертные возносили нас, приносили жертвы! И так продолжалось тысячелетиями. Но ничто не постоянно, и реальности были разделены – божества ушли из вашего мира и продолжили существовать отдельно от вас. Пока 1010 лет назад не произошло нечто, снова изменившее положение вещей. Один из сильнейших чародеев смог создать портал, связующий наши миры с миром людей. Но открывается он лишь раз в столетие в определённую ночь…
– В ночь Хэллоуина…– пробормотала я.
–Эта ночь дарует нам то, чего мы были лишены многие столетия. Смертных. Время протекает в вашей реальности иначе, даруя вашим коротким и чаще всего бесполезным жизням невероятную силу. И мы, бессмертные, готовы отдать немалые сокровища, чтобы получить одну такую жизнь или несколько. Потомок чародея создал целую империю на этом желании. В эту единственную ночь его посланцы рыщут по вашей земле в поисках смертных жизней, которые он обращает в великие богатства. У каждого из нас свои цели: развлечение, физическое наслаждение, пища. Но, если знать, как использовать заключённую в вас силу по-настоящему, можно изменить ход событий наших миров. Для этого ты здесь.
– Чтобы изменить ход событий? – растерялась я.– И что… нужно для этого делать?
– Принять судьбу… Избранной. А теперь идём – Владыка ждёт, – и, уже не глядя на меня, хлопнул в ладоши.
Я скользнула рассеянным взглядом по вновь появившимся юнцам, начавшим выводить в воздухе фигуры, уже не впечатлилась из-за поехавшего вниз пола и помещения, в котором мы оказались – с гигантскими изображениями крылатых быков на стенах. "Избранная" – вроде бы не самый плохой вариант, но… почему бесстрашный правитель Урука запнулся, произнося это слово? И потом так торопился отвернуться, вызывая юнцов? И сейчас смуглое лицо – невозмутимо,
