Рабыня демонов в академии магии полностью

— К слову, тот парень из бара попал в реанимацию от кровопотери. И он утверждает, что не подписывал добровольного донорства. Более того, это не первая и даже не десятая подобная жалоба на погибшую, — он бросил взгляд на папку. — Присциллу д'Эстен. Обычно дело решалось деньгами, и потерпевшие забирали жалобы. Но несколько раз дела чудом не дошли до суда. У девушки были большие проблемы с самоконтролем.

Вот так.

Эксперты были неумолимы — вербена попала в организм вместе с кровью. Тот парень из бара пил вербеновую настойку. Могло ли это быть случайностью?

Могла ли быть случайностью несработавшая система безопасности? Пожар, уничтоживший все возможные улики?

Он поднялся, понимая, что не найдет здесь правосудия. Не стоило и пытаться.

Присцилла мертва. Она была невозможной, наглой, эгоистичной сукой.

И она была единственной для него. Смыслом и светом. Всем.

Смысла больше нет, а он все еще жив. Для чего?

«Отомсти за меня. Убей человечку!»

Он вышел из здания полиции и поднял лицо к предзакатному, словно окровавленному, небу:

— Отомщу.

— Никаких платьев, детка! Мы же не на прием собираемся.

Тася вздрогнула и съежилась. Несмотря на все ее расспросы и мольбы, Раум так и не сказал, в чем будет заключаться наказание. Только делал намеки и предвкушающе улыбался, наслаждаясь тем, как тревога девушки перерастает в панику.

Нет, она прекрасно понимала, что наказание будет связано с сексом. Жестокость Дэмиана, нежность Армеллина, издевательства Раума — если не все, то очень многое из того, что демоны делали с ней, сводилось к сексу. Наказания и награды, испытания и поощрения. Такова участь рабыни.

Но к чему готовиться? Какое ужасное издевательство ждет ее на этот раз?

— Что мне надеть? — глухо спросила она.

— Я сам подберу.

Он вынул из шкафа тонкую сорочку из кремового кружева. Совсем коротенькую, до середины бедер. Ткань обтягивала грудь, подчеркивала длинные стройные ноги.

Завершением костюма стал узкий кожаный ошейник с тяжелой медной бляхой, охвативший тонкую шейку.

Демон распустил девушке волосы. Отросшие за эти два месяца они мягкими платиновыми волнами легли на плечи. Раум обнял ее сзади, жадно охватил руками, прижал к себе, вдыхая запах кожи и чистых волос.

— Ты такая маленькая, — с придыханием сказал он, тиская ее тело сквозь тонкое кружево. — Такая беззащитная. Так и хочется обидеть.

Он укусил Тасю за ухо, заставив вскрикнуть от боли, и приказал:

— Иди за мной.

Тася шла, шлепая босыми ногами по дорогому наборному паркету. В доме было тепло, но от ожидания и страха ее начала колотить дрожь. Они спустились по лестнице и вошли в одну из пустующих гостевых комнат.

Сегодня она не пустовала. Постель была разобрана, в камине потрескивали поленья, а на сервировочном столике стояла бутылка вина и бокалы.

Дэмиан искоса глянул на вошедших и снова уставился в огонь. Армеллин поднялся навстречу.

— Ну и зачем было нужно так пугать? — с упреком спросил он кузена, а потом перевел взгляд на Тасю и мягко улыбнулся. — Не бойся, Таисия. Ничего ужасного мы не сделаем, я прослежу за этим. Ты мне доверяешь?

Девушка кивнула. Ей стало легче. Леденящий ужас, вызванный намеками Раума и непривычной ситуацией, чуть отступил.

— Ну вот, — с досадой произнес беловолосый. — Испортил все веселье. Зря я тебя позвал.

Он подвел Тасю к кожаному диванчику и усадил рядом с собой. Армеллин опустился с другого края.

— Будет больно? — тихо спросила у него Тася.

Он покачал головой. Очертил пальцами контур ее лица, склонился над губами.

— Расслабься — прошептал он, прежде чем поцеловать ее.