Рабыня демонов в академии магии полностью

Отчего-то Тася даже не удивилась. Она рассматривала отраженную в зеркале грузную женщину в сером монашеском одеянии без всяких эмоций. Возможно, подсознательно она уже догадывалась с кем беседовал бывший священник.

— Здравствуй, Таисия, — настоятельница обители Великой Матери в Бреннингеме, попечительница сиротского приюта Клотильда Хейфер растянула губы в еле заметной дежурной улыбке.

Она всегда так улыбалась. Сдержанно, по-деловому. Словно выполняла ритуал.

Прищуренные глазки под набрякшими веками изучали замершую перед зеркалом девушку.

— Вы протолкнули меня в Аусвейл? — спросила Тася.

Смешно, но почему-то из всего, что здесь прозвучало, именно эта новость показалась ей самой обидной.

Она не сама поступила! Ее «протолкнули».

Слово-то бзздеей какое мерзкое!

Женщина в зеркале кивнула.

— Я так понимаю, ты все слышала, девочка? Значит, сантименты неуместны. Да, мне пришлось задействовать все мои связи, а Бенедикту даже отказаться от сана и перевестись сюда, чтобы грант достался именно тебе.

— Зачем?

Наверное, это был неправильный вопрос. Но спрашивать о другом было слишком страшно.

— У человечки не так много возможностей встретить высшего демона. Мы долго думали, как устроить тебе знакомство с одним из наследников кланов, пока твое рвение в изучении магии не подсказало путь.

Она ничуть не стыдилась ни ситуации, ни своей роли в ней.

— Зачем? — с яростной страстью повторила Тася. — Вы скрывали от меня мою природу, устроили в Аусвейл, подложили под демонов? Для чего?!

Казалось, ничего в мире сейчас не было важнее ответа на эти вопросы.

— Ты знаешь больше, чем должна, — женщина чуть улыбнулась. — Это хорошо, меньше рассказывать. Ты анхелос, Таисия. Не знаю, как так получилось, если твоя мать была обычным человеком. Возможно, отец… Не важно. Важно, что ты — идеальный наркотик для любого демона. Для тех, кто на самой верхушке власти, кто управляет страной. На привыкание требуется время, но подсевший демон станет зависим от тебя и ни в чем не сможет отказать, — глаза женщины загорелись фанатичным пламенем. — Вдумайся, девочка. Они управляют страной, а ты — управляешь ими. Вот он кратчайший путь к власти. Надежда для всех людей.

— Какая надежда?! Вы чокнутая! — убежденно произнесла Тася.

Ей пришлось пройти через все это из-за свихнувшейся на власти сумасшедшей старухи?!

Стало невыносимо обидно. Просто до слез жаль себя, а еще больше — разбитых иллюзий.

— Ничуть. Как, по-твоему, людям удалось добиться свободы? С чего вообще началась Война за освобождение?

Тасе захотелось заткнуть уши и выбежать из комнаты, но она отчего-то этого не сделала. А женщина в зеркале все говорила и говорила:

— Об этом не пишут в учебниках, но все, чем сейчас владеют люди, заслуга такой же, как ты. Анетта Освободительница — анхелос, выросшая среди людей. Так же, как и ты, она долгое время считала себя человеком. Ей повезло попасть во дворец и стать наложницей императора. А нам, людям, повезло, что Анетта не забыла о лишениях и унижениях, через которые пришлось пройти, и сумела убедить императора дать людям свободу.

— Вы лжете! — неуверенно сказала Тася.

Не похоже было, чтобы мать-настоятельница лгала.

Женщина по ту сторону зеркала наклонилась ближе, и Тася невольно порадовалась, что их разделяют мили.

— Девочка моя, в твоих силах стать второй Освободительницей и помочь людям! Помочь всем нам! Это благая, добрая цель, а ты анхелос. В твоей природе творить добро.

— Поэтому вы подложили меня под демонов?!

Матушка Клотильда чуть смутилась:

— Мы не думали, что их будет сразу трое. И что это будет связано с насилием. Но смотри: двое уже почти поубивали друг друга из ревности. У тебя остался один. Жаль, клан Форкалонен не так влиятелен, как Небирос. Но ты всегда сможешь бросить нынешнего любовника и выбрать любого другого. Даже, — ее глаза сверкнули алчным блеском, — самого императора.

Слова о почти поубивавших друг друга ди Небиросах вернули Тасю к реальности.

Мэл! Что с ним? Она должна его видеть! Должна убедиться, что с ним все в порядке!

— Я не хочу!

— Подумай, — голос настоятельницы стал вкрадчивым. — Это твой шанс отомстить. Они издевались над тобой. Приказывали. Думали, что они хозяева положения. Теперь ты сможешь отыграться за все!

Отыграться? Она не хотела отыгрываться. Не хотела становиться для кого-то источником страдания. Даже для демонов.

И тем более для Мэла…

— Могу представить, как ты их ненавидишь, девочка.

— Вовсе нет!

Она не умела ненавидеть. Могла злиться, обижаться, но недолго. И эти чувства не были яркими. Они уходили сами, без следа.

И вот теперь. Гнев и обида, которые Тася ощущала к демонам, растворились. Мэл, Дэмиан, даже Раум — они не были свободны. Не догадываясь об этом, играли навязанные роли.

Женщина по ту сторону зеркала — вот кто был режиссером этой драмы и истинным виновником случившегося. Она лишила права выбора и Тасю, и ее хозяев.

— Вы сумасшедшая! — сердито сказала девушка. — Даже не надейтесь, что я буду в этом участвовать!

— Будешь, — спокойно ответила женщина. — Потому что у меня есть это.