Жизнь в средней школе имени Понтия Пилата шла по той же схеме. Я была популярна и успешна, несмотря на постоянно существующую угрозу, что выяснится правда о моих родителях. Вероника постоянно тянулась за мной, и именно ее изводили парни и игнорировали яркие девушки. Если ветер гнал по улице пластиковый пакет, не было сомнений, что он летит к Веронике и закрутится вокруг ее ноги так, что она не сможет ни стряхнуть, ни снять, ни стащить его. Если над городом Ист-Гринстед пролетали какие-нибудь экзотические перелетные птицы, именно плечо Вероники оказывалось запачканным. И ей всегда доставался пирожок без джема внутри.
Я пошла на уступки — разрешила Веронике нести ответственность за мои проступки. Во время периодических проверок сигареты перекочевывали в ее сумку. Еще был печально известный инцидент с презервативами «Дюрекс». Я стала пятой девушкой в классе, переспавшей с парнем. Третьей, если не брать в расчет тех, кого соблазнили кровные родственники. Мне было двенадцать, когда у меня появился первый бойфренд — безобидный, долговязый, лохматый подросток по имени Тони. Во время первого свидания мы сидели на скамейке в парке и делили на двоих пакет чипсов со вкусом лука и шоколадный батончик. Во время второго свидания он взял меня с собой на рыбалку. Он никогда раньше не ловил рыбу, и эта затея обернулась катастрофой. Тони не мог справиться с удилищем, леской и всеми остальными принадлежностями, в итоге полностью потерял самообладание и утопил все в воде. Но потом ему удалось спасти ситуацию и обратить все в шутку: над поверхностью воды появлялась рука и собирала все вещи, как будто это была Дама с Озера из фильма «Экскалибур»[22]. Я позволила Тони поцеловать меня на усыпанном галькой берегу (нет, это не эвфемизм), и он оплатил мне билет на автобус до дома. Во время третьего свидания он повел меня в кино, и впервые в жизни я почувствовала во рту язык другого человека, и мне понравилось.
Но Тони был малость бестолковый, и в нем не было ничего разящего наповал, поэтому я вскоре переключилась на Мика Тордоффа. Мик был лучшим игроком в настольный теннис в школе. Мальчишки обычно устраивали чемпионаты в зале отдыха во время перемен, и Мик был непобедим. Тони попытался сыграть с ним однажды, но не смог совладать с руками, ногами и волосами, постоянно закрывающими глаза. Когда счет был двадцать — шесть в пользу Мика, Тони наступил на шарик. Молча и деловито, как мафиози-убийца, Мик обошел стол и ударил Тони в лицо. Мик общался с девушками так же профессионально, как играл в настольный теннис и дрался: бюстгальтер расстегивался от одного взмаха его ресниц.
Тем не менее ни Мику, ни одному из английских парней не достался лакомый кусочек. В тот день, когда мне исполнилось пятнадцать, приз выиграл итальянец по имени Гвидо. Я познакомилась с ним во время поездки с классом на горнолыжный курорт. Мои родители были не в состоянии оплатить ни ее, ни дорогую одежду, которую мне нужно было взять с собой. Но я была готова на все, только бы выглядеть привлекательно в горах. Не знаю, сколько лет было Гвидо, каждый из нас умел считать на чужом языке лишь до трех. Он возник передо мной на последней ночной дискотеке. Он не бахвалился своей дизайнерской одеждой, но его «Армани» и «Гуччи» сразу превзошли вещи парней из школы имени Понтия Пилата, купленные в магазинах «Си энд эй», «Мистер Бай раит» и «Ливане» (с уценкой из-за небольшого брака). Мы танцевали вместе в течение часа, а потом я повела его в свою комнату. Учителя напивались «граппой» и были слишком заняты, чтобы обращать на нас внимание. В комнате теснились две двухъярусные кровати, и это рассмешило Гвидо.
— Нет детей? — спросил он. Что он имел в виду? Нет ли у меня детей? Хочу ли я детей? Может быть, он не спрашивал, а успокаивал меня. Я покачала головой, не зная, что делать дальше. Но я чувствовала, что момент настал. — Я осторожен.
Мы легли на одну из коек — не мою, а Вероники, и мне казалось, что я действую не по своей воле, а слепо подчиняюсь, словно кем-то запрограммирована. И мне это нравилось! Гвидо поцеловал меня, потом взял мою руку и положил на член, который высовывался из расстегнутых джинсов. Член был длинный и тонкий, и я мысленно поблагодарила Бога за то, что мне не будет очень больно. Я вдруг оказалась обнаженной, на мне остался лишь сдвинутый наверх бюстгальтер. Гвидо же был одет. Он поплевал на руку и нежно провел между моих ног, а потом, не снимая брюк, вошел в меня. И мне действительно не было больно. Правда, приятно тоже не было, но можно ли ожидать большего от первого раза? А потом он кончил мне на живот и на одеяло. Я думала о том, что сделала это, сделала, сделала! И с итальянцем!
