Никого не беспокоя, оделась сама и вышла через потайную дверку, которую давно уже обнаружила в своей гостиной. Дворец князей Радежа строение древнее. Его расширяли, обустраивали, но старинная крепость сохранила множество своих секретов. Среди бумаг князя Рдына я наткнулась на карту потайных ходов. И теперь могу, оставаясь незамеченной, позволить себе прогуляться и по дворцу, и за его пределами.
Вышла на заднем дворе, недалеко от конюшен. Постояла, подставив лицо и ладони, невесомой ласке устремившихся мне навстречу снежинок. Хорошо. Уходить не хотелось, но если так долго стоять, рискую превратиться в сугроб, да и морозец, пусть и не сильный, но стал пощипывать нос и щёки. Решение проведать Вихря пришло спонтанно. Конюшни рядом, там немного согреюсь, да и скучает по мне жеребец, почти неделю не могла выделить для него свободной минутки.
Шла осторожно, стараясь не шуметь. Людей здесь быть не должно, но не хотелось тревожить чутких животных.
У дальнего стойла, одного из тех, что обычно выделялись для лошадей княжеских гостей, стоял человек. Мне стало любопытно. Обучена я многому, и, при необходимости, неслышно передвигаться умею. Подобралась почти незамеченной, конь почуял, его хозяин — нет.
— Ну, что ты, Март? Успокойся. Мы с тобой одни. Вот, угощайся.
На ладони Дастарьяна, а наблюдала я сейчас именно за ним, лежало яблоко, которое его жеребец аккуратно взял мягкими губами. Ян потрепал коня по шее. Запустив пальцы в роскошную гриву, он прошёлся по ней, разделяя пряди. А потом в его руке я заметила гребёнку с большими редкими зубьями. Дастарьян принялся осторожно расчёсывать конскую гриву, начал с кончиков, не спеша плавно продвигаясь к корням.
Я замерла неподалёку, наблюдая. Отчего-то не хотелось попасть сейчас Яну на глаза. Не уверена была, что он мне обрадуется.
— Март, дружище, что же мне теперь делать? Я и так забыть о ней не мог, а уж после сегодняшнего, когда так явно дала понять, что и я ей небезразличен, совсем же изведусь.
Слова Яна, коснувшись моего слуха, заставили меня и вовсе задержать дыхание. Теперь уж точно нельзя позволить себя обнаружить.
— Хорошо тебе, зверюга, всё просто у тебя, без заморочек и проблем. А я теряю голову от улыбки чужой жены, брежу ею ночами. Мечтаю, о том, чего сам никогда не допущу. Март, я не подлец и не предатель. Я смогу от неё отказаться.
Что? С трудом удержала рвущийся наружу крик. Он сможет? А я? Меня ты спросил? Выслушал, прежде чем решать за двоих?
— Ян!
Он вздрогнул, резко повернулся в мою сторону. Жеребец забеспокоился, легонько заржал, возмущаясь моим появлением, прервавшим процедуру, доставляющую коню явное удовольствие.
— Княгиня, вы здесь?! Откуда? … Как давно…
— Вельдара. Можно и Вельда, — поправила, недовольно хмурясь.
— Слышала.
— Да, — не захотела отрицать очевидное. — Глупо с твоей стороны.
Шагнула к нему навстречу. Смотрит, не отводит глаз, а сам побледнел, глаза вспыхнули. И что в них? Решимость?
— Не смей решать за нас двоих.
— Так нельзя.
— Да неужели? А что ты знаешь, чтобы так говорить?
— Главное. Ты чужая жена. И моя госпожа. Ни одно, ни другое не изменить. Я не стану потакать своей слабости.
— А моей? — подошла совсем близко, положила ему руки на плечи, заглянула в глаза.
Порывисто обнял, прижал к себе.
— Что же ты со мной делаешь? — прошептал перед тем, как смять мои губы своими горячими губами.
Сердитое фырканье Марта прервало наш безумный поцелуй. Мы нехотя отстранились друг от друга. Ян осторожно отцепил мои, впившиеся ему в одежду пальцы. Поцеловал каждую руку. Да так и застыл, спрятав лицо в моих подрагивающих ладонях.
Моя прическа распалась, волосы в беспорядке рассыпались по спине и плечам. Сбившееся дыхание никак не хотело приходить в норму.
— Ян, я через два дня уеду. Надолго. Погоди что-либо решать, пока не вернусь, ладно?
— Уедешь? Куда? Одна?
— В Соло, с князем.
— Он не говорил.
— А он пока и не знает. Завтра ему сообщу.
— И он так вот сразу и согласится?
— Даже не сомневаюсь. И не только на это.
Насторожился.
— Что ты задумала?
— Ян, я вообще-то женщина.
— Я заметил, — хмыкнул, притягательно так улыбнувшись, потянулся ко мне.
Как ни хотелось его близости, пришлось чуть отстраниться, договорить важное до конца.
— Мне тяжело одной справляться со всеми накопившимися проблемами. Управлять страной не женское дело, — лукавила, но так надо. — А князя Льена, сам понимаешь, лучше держать подальше от державных забот. Мне твоя помощь нужна. И князь Рдын на тебя рассчитывал.
Мотнул сердито головой, а в глазах и вина, и злость.
— Знаю, — поспешила успокоить, смягчить сказанное, — твоей вины в том нет. И укрепить границу было первейшим делом. Ты с ним отлично справился. Но пора возвращаться в столицу. Мне нужен канцлер. Ты, Дастарьян, единственный на кого я соглашусь.
— Разве твоё согласие на это требуется? Я отцу обещал постараться поладить с Льеном. Вот, стараюсь не нарываться, а он предпочитает держать меня от столицы подальше.
