Готов признать, что тенденции к расслоению общества, столь характерные для Соединенных Штатов перед самым инопланетным вмешательством (подходящий ли это термин? для кулака, ударившего по столу, вокруг которого столпилось человечество, да так, что все затряслось?), повергали в отчаяние и меня самого. Я прекрасно помню звучавшую в вашем голосе тревогу за еврейское население Америки, как, впрочем, и за другие меньшинства, будь то, что их определяет, цветом кожи, или религией (или даже полом!), все нараставшую в течение двух последних президентских сроков. Похоже было, друг мой, что нас ожидали нелегкие времена.
Я прекрасно понимаю, что представляет собой зараза нетерпимости (и твердо произнесу здесь mea culpa от имени своей Церкви и ее непростой истории), знаю, как она распространяется, вызывая ответную нетерпимость, как непрерывно увеличивает всеобщую поляризацию, подпитывая ненависть подобно степному пожару (надеюсь, вы простите мне не слишком удачную метафору?).
Сегодня мы видим конец всему этому – но какой неожиданный! Мы словно бы получили невидимую пощечину, и оправиться от шока нам еще предстоит.
А теперь еще и то, что стало известно о Серых! Я молюсь, чтобы это послужило делу объединения человечества. Чтобы показало в однозначном свете те мерзости, на которые способны как люди, так и инопланетяне, чтобы мы остановились и с трезвым смирением осознали наконец жестокую природу зла. Поскольку не будем врать самим себе – Серые не причинили нам ничего такого, что люди не делали бы таким же людям, как и они сами.
В новостях я вижу то ужасное замешательство, в котором сейчас находятся ваши сограждане. Народ разделяется на воинственные группировки, одна сторона улицы принадлежит белым, другая – цветным, это – христианский квартал, это – мусульманский, подобный образ мыслей проникает повсюду, не важно, бедный это район или богатый. Хотя все, что люди сейчас могут, – это обмениваться злобными взглядами поверх баррикад и орать: «Убирайтесь отсюда!» Я вижу, как расколы порождают новые расколы, и куда же обращаю я свой взгляд в поисках спасения?
Увы, не к Господу и Спасителю моему, но к чему-то неведомому – и невидимому – в небесах надо мной.
Помолитесь за меня, друг мой, нашему общему Богу. Я заблудился в пылающей степи.
С искренним почтением,
Хоакин
Хоакин, друг мой,
