— Помнишь мой вопрос, который я задал за обедом? — перевел тему колдун, к счастью не заметив, как покраснели мои щеки. — Ты сильно изменилась за время своего отсутствия. Можно сказать — стала совершенно другим человеком, — он изучающее вгляделся в мои глаза. Мне стоило огромных усилий обуздать собственные эмоции. Возможно, он видит в темноте гораздо лучше меня. Обычно все, что я думаю, мгновенно отображается на лице, так что даже посторонние легко догадываются о моих чувствах. Надеюсь, кукольная мордашка моего образа послужит хоть какой-то защитой. — Раньше леди Мейтэль не задумываясь, уничтожила бы дерзкую горгулью, вздумавшую вступить с ней в беседу. Да и не думаю, чтобы Хранительница стала бы говорить с ней. Сначала ты отпускаешь ведьм, затем — горгулий, на которых охотилась долгие годы. Вот я и думаю — что должно было произойти, чтобы холодная и безжалостная леди Мейтэль, ранее не ведающая сомнений, настолько изменилась.
Я промолчала. Кажется, я в одном шаге от разоблачения. Теплые пальцы скользнули по моей щеке, убрав за ухо прядь, скрывающую мое лицо.
— Доверься мне, — мягко проговорил этот змий-искуситель, — в конце концов, кому же еще довериться, как не человеку, жизнь которого держишь в руках?
— Мне не нужна твоя жизнь.
— Жаль, — все, сейчас я окончательно растаю и, уткнувшись носом в несуществующую жилетку, всхлипывая, выложу все как есть. Пальцы колдуна скользнули вниз по шее, наткнувшись, наконец, на проклятый амулет. — Почему ты никогда не расстаешься с этим украшением? — Мне показалось, или висюлька и в самом деле слегка засветилась в его руках?
Внезапно настолько потемнело, что если бы не рука, до сих пор сжимающая подвеску, могло показаться, что Алекс растворился в темноте. Зато теперь свечение голубого камешка было настолько явственным, что не заметить его было невозможно. Странно, раньше я за своим амулетом такого не замечала. Но все же непонятно, отчего так быстро потемнело. Наверное, за разговорами мы и не заметили, как звезды спрятались за облаками. Подняв глаза, я увидела темную тучу, похожую на огромную птицу, закрывшую своими крыльями половину неба.
— Немедленно в дом, — хрипло скомандовал колдун, но было поздно.
Невиданных размеров молния, словно вывороченное бурей реликтовое дерево, брошенное гигантской рукой, полетела вниз. Казалось, что она целит прямо в нас. Затрещали кусты, и тонкий девичий силуэт взметнулся в воздух, закрывая нас от опасности собственным телом. Но, за мгновение до того, как небо скрылось за крыльями Хранительницы, где-то на уровне крыши засверкал, переливаясь всеми цветами радуги, купол, похожий на мыльный пузырь.
Сверкающие ветви смертоносных разрядов должны были без труда пробить хрупкую преграду. Но вместо этого они растеклись по ней огненной лавиной. Оглушительный грохот грома расколол небо на части. А вслед за ним наступила такая тишина, что если бы не хриплое дыхание колдуна, могло показаться, что я оглохла. Спасены, — как-то вяло мелькнула единственная мысль. Внезапно я почувствовала слабость в коленках. Если бы неизвестно откуда не появился этот странный купол, чудовищная молния оставила бы от нас небольшую горстку пепла. Я ничего не имею против посмертной кремации, но только — посмертной. А ведь я уже видела точно такой же шар, напоминающий мыльный пузырь. Даже держала его в руках.
От удара молнии не осталось и следа, исчезли разноцветные переливы спасительного купола, даже чудовищная туча, так и не пролившись дождем, пропала в безбрежных просторах неба, и испуганные звезды робко освещали землю. А мы, задрав голову, продолжали смотреть ввысь.
— Вот гад, — зло прошептал Алекс, — решил одним ударом избавиться от всех врагов.
— Кто — гад? — на всякий случай я повертела головой. Но в обозримом пространстве не наблюдалось ни единого существа, кроме нас троих. Вот и пойми его после этого.
— Дракон, кто же еще? — смешок получился не слишком радостным. — Ты чего так нервно вертишься?
— Где ты увидел дракона? — ночная подсветка звездами, конечно, не слишком способствует подробному разглядыванию чего-либо, но думаю, что такую зверушку, как дракон, я увидела бы и при таком освещении.
— А, кто, по-твоему, нас пытался только что поджарить?
— Это был дракон? — странно, огромная крылатая тень совершенно не походила на рептилию, которую я видела во владениях Айлери.
— Божий гнев, чтоб его, — колдун выплюнул эти слова, как ругательство.
— А почему, ты сказал, что он намеревался уничтожить всех врагов? Я — понятно, вроде бы как должна уничтожить его бога. Ясно, что он считает меня врагом, а ты здесь причем?
— Все колдуны — враги дракона, — после секундного замешательства, ответил Алекс. Ох, что-то он темнит! Знать бы еще — что!
— Почему же он улетел так быстро? — если он действительно собирался нас уничтожить, наверняка продолжил бы обстрел.