Когда в жизни Роджера появилась Доминик, Фредди почувствовал — он теперь лишний, он больше не нужен Роджеру, он вдруг чётко осознал, что навсегда останется одинок. И это осознание убивало его каждый день. Фредди никогда не любил Доминик, он так и не смог её принять, ведь она, сама того не осознавая, отняла у него Роджера, и смириться с этим он так и не смог. А в глубине души Фредди наивно верил, что однажды Тейлор поймёт, что она ему не пара, что однажды он обязательно придёт к нему и они снова будут только вдвоём. Фредди пообещал себе, что, если это случится, он обязательно откроется Роджеру — и будь что будет, а в самых смелых фантазиях он всегда представлял, что, возможно, Роджер даже примет его чувства и позволит любить себя так, как Фредди всегда желал.
И вот он, Роджер. Он не любит Доминик, он снова свободен и уязвим как никогда, он нуждается в нём, Фредди чувствует это, но ещё он знает, что теперь даже прикоснуться к Роджеру для него — непозволительная роскошь.
Любовь Фредди опасна, и это уже далеко не красивые слова из песни, это страшная, болезненная реальность, он больше не имеет права любить Роджера, но убить в себе это чувство Фредди всё ещё не в силах. Ему хочется закрыться в своей комнате и рыдать, ведь, сложись всё иначе, он бы отдал Роджеру свою душу, тело и сердце, всё это и так давным-давно принадлежит ему, и может быть, только может быть, Роджер принял бы эти скромные дары, и Фредди смог бы узнать, как это — быть счастливым.
— Думаешь, я идиот? — спрашивает Роджер, когда молчание затягивается.
— Думаю, что тебе не стоило выносить это на всеобщее обозрение, — говорит Фредди, он не хочет ставить своих друзей под удар. Он не заслуживает такой преданности, он вообще не заслуживает ничего.
— Это уже не важно, просто я чувствую себя странно одиноким, — несмело отвечает Роджер. На самом деле, он говорит совсем не о Доминик. Он вдруг понимает, что всё это время ему не хватало именно Фредди.
Фредди как никто другой знает, что такое одиночество, и это последнее, чего бы он хотел для Роджера. Это ужасное чувство, убивающее человека изнутри. Роджер этого не заслужил.
Фредди мягко улыбается и садится рядом с Роджером на диван, их колени соприкасаются, и Фред чувствует приятное тепло, разливающееся по всему телу. Даже спустя столько лет невинные прикосновения Роджера вызывают в нём целую бурю эмоций. Хочется касаться его постоянно.
— Не беспокойся, милый, я не думаю, что ты надолго останешься один, — Фредди надеется, что Роджер не заметит, как жалко и тоскливо это прозвучало.
Ещё пару лет назад Фредди умолял бы Вселенную о том, чтобы Роджер не потерял голову от какой-нибудь красотки, чтобы у них было время побыть только вдвоём, но сейчас он просит о другом: Роджер должен встретить кого-то хорошего, того, кто присмотрит за ним, когда Фредди не станет.
Но только вот Роджер не хочет искать кого-то другого. Он понимает, что всё, чего он хочет, — это проводить с Фредди как можно больше времени. Возможно, он слишком боится его потерять, возможно, это что-то другое, впрочем, с ним уже было подобное в семидесятых, пока не появилась Доминик. Может быть, сейчас пришло время принять эту странность и разобраться во всём, иначе Роджер точно сойдёт с ума.
— Может быть, я могу остаться здесь? — Роджер выдаёт это спонтанно быстрее, чем успевает подумать, и Фредди выглядит удивлённым и испуганным одновременно.
У Фредди сердце в груди делает кульбит: неужели Роджер и правда хочет остаться здесь, с ним? Это похоже на сон, и в один момент Фредди вдруг забывает обо всём, он взлетает до самых небес, ему хочется кричать, петь песни и рассказывать всему миру, как он счастлив, но реальность быстро прибивает его обратно к земле. Он ни за что не позволит остаться Роджеру тут и не сделает его сиделкой умирающего. Роджер обязательно встретит кого-нибудь хорошего, и этот человек уж точно будет не Фредди. Он не заслуживает Роджера, он не имеет права привязывать его к себе.
Роджер видит, как Фредди меняется в лице, и ему совсем не нравится, как тот болезненно морщится и поджимает губы.
— На время, пока не прогонишь, — Роджер выдаёт что-то похожее на улыбку, ведь Фредди кажется совсем растерянным и явно не обрадованным этой просьбой.
Фредди не прогнал бы Роджера никогда, если бы он пришёл раньше всего на пару лет. Ненависть к себе становится ещё сильней, Фредди должен был быть умней и осторожней, возможно, тогда он не причинил бы Роджеру столько боли.
— Я бы с радостью, Лиззи, но не думаю, что тебе тут будет комфортно, да и к тому же Джим постоянно здесь, а вы всё ещё не ладите, — откровенно лжёт Фредди.
Он сделал бы всё, чтобы Роджеру было комфортно тут, плевать на Джима и на весь окружающий мир. Фредди хочется выть от тоски, когда он видит боль и разочарование в голубых глазах, но он убеждает себя, что эта боль куда меньше той, которую Роджеру пришлось бы пережить, останься он тут.