– А меня-то почему? – надул губы Нюма.
– А потому что ты – молодой! Кого мне, Сердюка увольнять? Ему год до пенсии. А у тебя вся жизнь впереди! Кооператив откроешь! Еще нас всех на работу возьмешь. Охранниками… Так что давай, Наум, не задавай тут вопросов. Обходной подпиши – и в бухгалтерию за расчетом.
Последние слова Нюма слушал невнимательно. Подумал: «Что я Миле скажу? Да и дед расстроится…» Потом подумал, что сделать он, собственно, ничего не может, а потому, как говорится, и дергаться бесполезно. Вздохнув, придвинул бумагу, вывел: «С приказом ознакомлен», расписался и вышел.
По дороге домой Нюма вспомнил одноклассника Фиму, который в последнее время все настойчивее звал его в партнеры. Подумал, не заглянуть ли к нему прямо сейчас? Не доехав до своей остановки, вышел из автобуса и направился в сторону базара. Через десять минут вошел в магазин «Автозапчасти».
Стоя за прилавком, Фима разговаривал с посетителем. Тот был в растянутых тренировочных штанах и кроссовках с надписью Abibas. На мускулистой груди поверх открытой майки болтался позолоченный крест размером со штопор. Пружинисто, как боксер на ринге, переминаясь с ноги на ногу, посетитель деловито интересовался:
– На три штуки баков шо можно взять?
– «Опеля» можно, – отвечал Фима. – «Фольцвагена»… Авдотью-сигару можно поискать… – А «бэху» или «мерседеса»? – с ударением на второе «е» спросил посетитель.
– Тоже можно, но будет битый или такой, шо не заводится… А «бэха» – дороже… Три с половиной, а то и все четыре.
– Понял… – задумчиво сказал посетитель. Потом довольно долго молчал, пообещал подумать и, не попрощавшись, вышел.
– Шо это было? – проводив его взглядом, спросил Нюма.
– Фраер второй месяц ходит, – раздраженно сообщил Фима, – никак не разродится.
– На шо?
Фима огляделся по сторонам, нет ли поблизости начальства, и оживился:
– Так ты еще не знаешь? Ща расскажу. Кстати, может, наконец впишешься… Короче, приехал один штымп с Германии, офицер бывший, и предложил делать бизнес на тачках. Поддержанных.
– Каких? – не понял Нюма.
– Ну этих… с пробегом! Короче, тут клиент тачку заказывает, платит. Штымп там находит. Берешь с клиента деньги, выезжаешь, там забираешь, сюда гонишь. С каждой тачки шесть сотен навару, а то и восемь. Минус таможня, менты и бандиты. Короче, две-три сотни на карман остается. Четыре раза в месяц сгонял – штука в кармане. Ништяк? Так что, если хочешь, вперед!
Нюма в уме пересчитал по черному курсу. Получилось в десять раз больше, чем его зарплата. Подумал, что теоретически он бы мог. У него и права есть… Но! Он на такие дальние расстояния никогда не ездил. И за границей сроду не бывал. Кроме того, с чужими деньгами кататься опасно. Он слышал, что на дорогах орудуют бандиты. Могут ограбить, машину забрать. Даже убить могут…
– Ну, подписываешься? – прервал его размышления Фима.
Нюма сказал, что предложение интересное, он подумает. С Милой посоветуется. На той неделе зайдет.
Он действительно хотел посоветоваться. Думал, может, Мила его уговорит. Но в глубине души надеялся, что, наоборот, отговорит. Скажет, что он прав, дело хоть и денежное, но опасное. И нечего в эту авантюру ввязываться. Или не так скажет, а… Короче, как она скажет, так он и сделает. Женщины – они ведь… Как это, интуиция, во!
Но у них с Милой даже до обсуждения не дошло. Войдя в квартиру, Нюма услышал, что жена с кем-то говорит по телефону.
– Але! Да… – звучало из гостиной. – Говори… На днях… Мама, не дави на меня. Я попробую. Придет с работы и попробую…
Нюма затих.
– Секретного допуска у него нет, – говорила Мила. – Так что уволят быстро. Але…
«Это они про меня, что ли?» – подумал Нюма.
– Сестра? – между тем продолжала Мила. – А что сестра? У нее своя семья. Захочет, тоже поедет. Мы им вызов пришлем… Але… нет… Это да!.. С ним, я согласна, проблема…
«Кажется, я понимаю, о чем они!» – подумал Нюма.
– Надо узнать, какие там льготы у стариков, – звучал уверенный Милин голос. – Давай так. Ты там все узнай, а я начну… Да, сегодня же. Будем его готовить. Але! Готовить, говорю, будем!
«Вот оно само собой все и разрешилось!» – подумал Нюма. Громко, чтоб не смутить жену, прокашлялся. Уверенно вошел в комнату и сказал:
– Я готов!
– Ты подслушивал? – удивленно спросила Мила. И тут же сказала: – Хотя какая разница… Ну так что будем делать с дедом?
– Я знаю… – как обычно, неопределенно пожал плечами Нюма. – Надо с Линой посоветоваться. Набери ей.
Мила накрутила диск. Услышав короткие гудки, сказала:
– Занято…
Лина в это время как раз говорила с тетей Фирой.
Договорившись об эмиграции, винницкие внуки стали уговаривать деда. Но Гройсман на их уговоры не поддавался. Какие бы доводы ни приводили Лина и Нюма, он был тверд, как гранит.
Вначале даже пытался свою позицию объяснить. Говорил, что прожил тут всю жизнь и на старости лет никуда ехать не хочет. Что ему жалко бросить дом, а продать его по нынешним ценам обидно. Что он не может оставить могилы. Даже упоминал жаркий климат и чужой язык.