Тратить деньги для Максима в последнее время тоже было делом непривычным. В зенитном дивизионе кормили по-армейски сытно и вкусно. Водилась и выпивка, но с этим все же дело обстояло весьма строго. Но солдаты и офицеры свои деньги особо не тратили – некогда да и не на что.
Макс попросил у продавщицы, дородной тетушки с крашеными кудрями, бутылку красного полусухого вина и коробку шоколадных конфет «Вечерний Донецк». Достал деньги.
– У вас рубли? Тогда по курсу к украинской гривне, – сообщила продавец. – Доброволец?..
Максим в военной форме без знаков различия и с автоматом за спиной только молча пожал плечами. Его взгляд зацепился за «Киндер-сюрприз».
«Возьму для малой», – спохватился офицер.
Он отсчитал купюры, получил сдачу и вышел из магазина с пакетом.
– Это к чаю, – улыбнулся Максим.
– Ну что вы, не стоило… – смутилась молодая женщина.
Молодой человек помог затащить коляску по ступенькам на третий этаж, пока Виктория подхватила на руки свою малышку. Светловолосая девочка чуть удивленно смотрела на незнакомого дядю в зеленой форме своими большими голубыми, как у мамы, глазами.
Войдя в квартиру, Макс долго расшнуровывал высокие армейские ботинки. «Носки вроде свежие надел», – подумал военный. Он предусмотрительно отстегнул магазин автомата и чуть сдвинул назад затвор, по привычке проверяя, чтобы в стволе не остался патрон. Не хотелось в этой уютной квартире лязгать затвором. Автомат здесь казался чуждым, как и он сам – в военной форме. Офицер аккуратно повесил куртку на крючок у входа, сунул магазин в карман брюк на бедре. Огляделся, куда бы пристроить автомат. Самому себе Макс казался слоном в посудной лавке.
– Положите его на тумбочку у входа! – рассмеялась Виктория. Она пока помогала своей дочери снять курточку. Девочка все не хотела расставаться с подаренным «Киндер-сюрпризом».
– Хорошо, только рацию с собой возьму, она у меня вместо мобильного телефона.
Макс неуклюже положил автомат и буквально на цыпочках прошел в зал и уселся на диван. Трехкомнатная квартира была просторной и светлой, мебель, обои, шторы на окнах подобраны со вкусом. Здесь чувствовался уют в каждой мелочи: книги на полках – рядом с юридическими справочниками стояли дамские романы. Офицер подошел ближе и прочитал имя автора: Сильвия Дэй, но оно молодому мужчине не сказало ничего. На низком журнальном столике лежала изящная вышитая салфетка. А вот мужской руки, как оценил, скорее шестым чувством гость, заметно не было. Типично «девочковая» квартира…
– Максим, вы подождите немного, мне нужно покормить Настю и уложить ее спать.
– Ничего страшного, у меня ведь целый день свободен.
Макс откинулся на мягкую спинку дивана и не заметил, как провалился в мягкие объятия сна…
Очнулся он рывком, почувствовав на себе чей-то взгляд. В кресле напротив него сидела Виктория и едва заметно улыбалась.
– Ой, простите! Что-то «вырубился», наверное, уют квартиры так подействовал. На службе постоянный недосып…
– Ничего страшного! Я уже и обед успела разогреть. Суп с фрикадельками и макароны с мясом. Вино помогите открыть…
– Конечно, о чем речь. – Максим взялся за штопор.
Еда на столе дразнила именно тем, что была домашней.
Хоть и сытная, но все же казенная армейская гречка с тушенкой или макароны с ней же, родимой, порядком надоели. Так же как и однообразный суп или борщ – тоже ничего, но когда готовят больше чем на 500 человек личного состава, то и вкус становится усредненным, с легким привкусом металла, что ли…
Но у Виктории все было иначе. На кухонном столе исходили паром тарелки с легким супом с куриными фрикадельками. Вермишель с кусочками тушеного мяса под соусом, тонко нарезанные на тарелке ломтики сыра и сухой колбасы, греческий салат с оливками, зеленью и свежими овощами с мягким сыром. Все это выглядело восхитительно! Натюрморт венчала бутылка красного полусухого. Макс от одного взгляда на такой роскошный натюрморт почувствовал волчий голод.
Он разлил вино по бокалам.
– Первый тост – за хозяйку этого удивительного дома, уют которого буквально обезоруживает! – Макс шутливо обыграл то, как внезапно его сморил сон.
Звон бокалов, улыбка красивой молодой женщины, кремовые шторы на окнах, которые будто бы отгородили большой мир с его большими проблемами от маленького уютного мирка этой замечательной квартиры… Подобный контраст с походной жизнью на любого бы подействовал, как воплощенное чудо. Они принялись за еду, Макс по армейской привычке торопился, а Виктория наблюдала за ним с легкой, как показалось молодому офицеру, чуть грустной улыбкой.
Они уже перешли на ты и свободно болтали на отвлеченные темы. Но, как правило, разговор все же возвращался к военной тематике.
– То, что ты – русский доброволец, это понятно. Но не казак из всех этих батальонов ополчения ДНР или Новороссии, – рассуждала Виктория. – Ну, хоть намекни!..
– Не имею права, – мягко, но с долей некоего лукавства улыбнулся лейтенант Полевой.
