Ему было приятно внимание молодой и очень привлекательной женщины. Да и общая домашняя атмосфера располагала к некоей расслабленности и отрешенности от суровых армейских проблем.
– К тому же ты и не рядовой, а, скорее всего, офицер. Военный специалист, – заключила девушка. – Медик?..
– Почему именно медик?
– Ну, ты слишком… – она помедлила с ответом.
– Интеллигентный?
– В общем-то да.
– Знаешь, Виктория, а я тебя, кажется, вспомнил!.. Летом ты была в легком белом платье и с коляской. Точно!
– Что-то припоминаю… Видела, как тогда летом, еще до боев на Саур-Могиле, по городу ехали такие большие зеленые грузовики. У них сверху еще были такие лохматые сетки, – задумчиво потерла высокий лоб Виктория.
Она подняла бокал, и вино заиграло на свету рубиновыми искорками.
– Давай выпьем за мирное небо над головой!
– Давай! – улыбнулся под хрустальный перезвон Макс.
«Знала бы ты, как важен для меня этот тост! Как, сама того не ведая, ты близка к истине!» – подумал русский лейтенант ПВО.
Потом они пили чай с конфетами.
– «Вечерний Донецк»… – Макс задумчиво посмотрел на коробку с панорамой центра города, утопающего в огнях. – Расскажи мне о Донецке.
– Большой и красивый город, я там училась. Он немного сумасшедший – все там спешат, все заняты своими очень важными делами. Много банков, магазинов, в последнее время там построили новые офисные здания, деловые центры, торгово-развлекательные комплексы. Но вот окраины, отдалённые районы – еще типично советской застройки. Серые панельные девятиэтажки вместе с пятиэтажными домами. Ну и нравы… Если в центре все еще более-менее цивилизованно, то на окраинах люди все еще живут как в конце девяностых или в начале нулевых. Город интересный, но предельно жесткий к своим жителям – он многое дает, но и многое требует взамен. И кстати, в центре Донецка у нас, например, действующий металлургический завод, а по окраинам – угольные шахты и небольшие предприятия. Правда, многие из них закрылись еще в «лихие девяностые», но некоторые работают и до сих пор. А в последнее время – лет за пять до всего этого… Донецк вообще стал центром промышленного бизнеса и стал, по сути, конкурировать с Киевом.
– Хотелось бы побывать в этом городе… С тобой, – добавил молодой офицер.
Виктория смущенно и немного кокетливо улыбнулась.
– У тебя уютная квартира, – заметил Макс, стараясь сделать комплимент хозяйке.
– Знал бы ты, чего мне стоило создать весь этот уют! Я со своей начальницей на прошлой работе ругалась, опаздывала или норовила сорваться пораньше… А теперь для меня это – всего лишь золотая клетка…
Виктория расстроилась. Видимо, как понял Макс, и за кремовыми шторами не все обстояло так гладко, как хотелось бы. Да оно и понятно, молодая женщина с ребенком – и одна… Парень почувствовал, что не стоит лезть к ней в душу и что-то выяснять, по крайней мере не сейчас.
Сейчас Максим осознал, в каком дурацком положении оказался. Если бы они хотя бы были знакомы чуть больше – не говоря уже о большем, то он смог бы поддержать Викторию. Но даже несмотря на симпатию с его стороны и по-доброму открытое отношение этой молодой женщины, она все равно оставалась для Макса, по сути, незнакомкой… Как поступить в таком случае, он просто не знал. Выражать сочувствие, не зная сути вопроса, – очевидная нелепость. Утверждать что-то глупо ободряющее – то же самое.
Но и затягивать неловкую паузу тоже не следовало.
– Виктория, я не имею права разглашать служебную информацию. – Макс поднялся из-за стола и подошел к окну кухни. – Но одно могу сказать прямо: после встречи с тобой, с твоей дочерью, теперь я твердо знаю, кого конкретно и от какой угрозы призван защищать. Я постараюсь, чтобы над вами небо оставалось мирным.
Время с Викторией пролетело незаметно. Офицеру настала пора возвращаться в часть. Но тут он внезапно хлопнул себя по лбу. «Вот баран тупоголовый! Приперся русский воин-освободитель в дом к одинокой молодой женщине и сожрал ее месячный запас продуктов…» – Макс торопливо обулся и по привычке накинул на плечо автомат.
– Погоди, я сейчас вернусь.
Супермаркет располагался через дорогу. Макс быстро зашел туда и набрал сразу три огромных неподъемных пакета. Мясо, копченую колбасу, консервы, крупы, вермишель, сахар, чай, кофе, водку, коньяк, совсем немного овощей и фруктов, конфеты. В магазине народу почти не было, очередь оказалась совсем небольшой. На кассе продавец недоуменно воззрилась на посетителя.
– Не много будет?
– А мне нести недалеко, – ответил Макс, доставая русские рубли. – По курсу?
– Доброволец? Да, по курсу, – внимательно посмотрела продавец на молодого человека в форме без знаков различия и с автоматом за спиной.
«Вот что за русское разгильдяйство?! Отправили в Донбасс дивизион новейших зенитных установок, продумали до мелочей и охрану, и снабжение. А деньги выдали или баксами, или рублями! И в каждом магазине одно и то же – да ты, братец, русский! Конспираторы хреновы…» – с некоторым раздражением подумал Макс.
